– Гарри, переключи общую связь на меня и займись Герой. Поставь ему на ноги фиксаторы и обколи до пояса номером восьмым. Сможешь?
– Смогу.
– Приступай!
– Рик, что ты задумал? – спросил разведчик, ухвативший, видать, главное.
– Гера, не трать время попусту! – приказал Эрик.
Хотя разведчик был выше по званию, на борту корабля – да еще и в боевой обстановке – главный всегда – пилот.
– Мне нужна оперативная обстановка, и времени у тебя пять минут. Потом, уж извини, номер третий, и спать!
– Разумно! – согласился разведчик.
– Всем! – объявил Эрик по бригадной сети. – На связи «Лот-3». Первый и второй – код 3–3. Повторяю, первый и второй – код 3–3. Применяю регламент 1–7. Повторяю, параграф 1–7. Перекличка!
В сложившейся ситуации вопрос, кому командовать, решался очень просто. Регламент 1–7 означал, что бригада находится в чрезвычайной ситуации с острым дефицитом времени на принятие решения. При таком раскладе командование временно – до исчерпания чрезвычайных обстоятельств – переходит к командиру командно-штабного корабля. Тем более что у Эрика есть разведчик, и у него есть связь, а у всех оставшихся в строю экипажей нет времени на дискуссии. Этим все и объясняется.
Между тем перекличка показала, что из семи бригадных ракетоносцев на плаву остались только пять. Один взорвался, получив несколько прямых попаданий противоракет, а второй – потерял ход, сильно ударившись при отстреле о хвостовую оконечность «Буцефала». Командир «Лота-4» обещал через пару часов устранить неисправности – во всяком случае, получить хотя бы временный ход, – но сейчас последовать за всеми не мог.
– Получишь ход, уходи из системы! – приказал Эрик. – Одному тебе здесь делать нечего.
– Есть!
– Господа! – Эрик уже успел оглядеться, и ситуация была ему предельно ясна. – Надо спасать крейсер. Через пару минут выдам тактическую схему, и начнем…
С момента входа в систему прошло чуть больше восьми минут. Потерявший ход имперский крейсер по-прежнему вел бой. Эффективно, то есть на скорости, он маневрировать не мог, но отчаянное положение несколько улучшали три фрегата, действовавшие сейчас как маневренная составляющая обороны крейсера. Противник, два странных корабля, которые, не зная деталей, Эрик назвал для себя «недокрейсерами», имея, разумеется, в виду не легкие, а тяжелые крейсера, приближаться к имперцу не рисковали, помня о его тяжелой артиллерии и противокорабельных ракетах. Обстреливали «мученика» издали, но зато систематически. Судя по всему, на обоих кораблях стояли большие рельсотроны, по паре на каждом, так что плотность огня – выстрел каждые полторы секунды, деленное на четыре – оказалась более чем внушительной. При этом часть выпускаемых снарядов были обыкновенными болванками, использовавшими одну лишь кинетическую энергию, зато другие являлись управляемыми. На завершающем отрезке пути включались их собственные двигатели, и снаряд не только увеличивал скорость, но и начинал маневрировать. В империи, насколько знал Эрик, идея рельсотронов не прижилась. Слишком много у этих электромагнитных пушек имелось недостатков. Но в данном конкретном случае халифы могли добиться реального успеха, просто истощив ресурсы обороняющихся, вынужденных отлавливать все эти мелкие снаряды и уничтожать их огнем лазерных кластеров и импульсных пушек. Сами имперцы ракет по халифам не выпускали, что, вероятно, было вызвано тем, что они растратили боезапас в предыдущей фазе боя, да и дистанция была неподходящей. Так что, если ракеты на крейсере все еще оставались, то их берегли на случай прямой атаки.
– Рик! – окликнул его разведчик. – Держи карту!
– Спасибо! – Эрик уже изучал оперативную обстановку, но все-таки нашел возможность поблагодарить разведчика. – Всё! Вкалывай номер три и отключайся!
Итак, все обстояло именно так, как ему представилось в первые мгновения после входа в систему. Попросту выражаясь, дело было дрянь. Сражение действительно распалось на несколько очагов, и это, по-видимому, не позволяло командованию сыграть «ретираду». Будет слишком похоже на бегство, поскольку бегством и будет. И, разумеется, будут огромные потери. Но в то же время и тянуть не стоило. Почти во всех случаях превосходящие силы халифов атаковали имперцев, тогда как имперцы всего лишь оборонялись. При таком раскладе карточный домик мог посыпаться в любое мгновение.
Правда, три крейсера и девять эсминцев, прибывшие из системы Эно, способны были переиграть один из эпизодов битвы с точностью до наоборот. Они шли на помощь двум имперским крейсерам: «Жуайёз»[54] и «Хрисаор»[55] яростно отбивались от халифов, наседавших на них и на тяжелый носитель «Голиаф». Носитель, судя по его пассивности, свои ракетоносцы давно уже сбросил, и, где они находятся сейчас, сказать было трудно. Слишком мелкие цели. На большом расстоянии и не заметишь.
54