— Ш-ш! — прошептал Тамми хрипло, не глядя на меня. Вдруг он сделал стремительный прыжок, кинулся к рулевому колесу и мгновением позже уже стоял рядом со мной, переводя дыхание и дрожа всем телом. Взглядом он как будто следил за движением какого-то невидимого мне человека или предмета.
Должен признаться, меня пробрал нервный озноб. Поведение Тамми доказывало, что он объят диким ужасом, и то, как он смотрел в темноту, подсказывало мне, что он заметил нечто воистину жуткое.
— Что с тобой, черт побери? — спросил я резко.
Затем я вспомнил о втором помощнике. Я бросил взгляд туда, где он стоял, попыхивая трубочкой. Его спина была по-прежнему повернута к нам, он не видел, как Тамми покинул свой пост. Я снова накинулся на парнишку. — Бегом на свое место, ради всех святых, пока помощник тебя не заметил! Если нужно что сказать, крикни оттуда из-за талей. Тебе, похоже, что-то померещилось.
Не дослушав меня, этот малый ухватился одной рукой за мой рукав и, показывая второй рукой в сторону лебедки, завопил:
— Он идет! Он идет сюда!
Тут прибежал помощник капитана, требуя объяснений. В это время я, низко наклонившись, заглядывал под поручни около лебедки и вдруг увидел нечто похожее на человека; но оно было настолько расплывчатым и странным, что я не взялся бы утверждать наверняка, будто и вправду видел кого-то. Однако перед моим мысленным взором в ту же секунду выросла безмолвная фигура, которую я наблюдал неделю назад на главной палубе в неясном лунном свете.
Помощник капитана стоял уже надомной, и я показал ему, не произнося ни звука, на необычное видение; однако, делая это, я прекрасно понимал, что он не сможет увидеть то, что вижу я. (Странная получается картина, не так ли?) Еще секунда, и видение исчезло, я прител в себя и почувствовал, что Тамми вцепился в меня, обхватив мои колени.
Второй помощник пару секунд рассматривал лебедку, затем с усмешкой обратился ко мне:
— Оба заснули на вахте, так надо понимать?
Не дав мне возможности объясниться, он приказал Тамми убираться к черту и прекратить свое нытье, иначе он даст ему пинка и вышвырнет за борт.
После этого он вернулся на свое место, снова раскурил трубку и, прохаживаясь туда-сюда каждые две минуты, поглядывал иногда на меня настороженным и, как мне показалось, полуподозрительным, полуозадаченным взглядом.
Как только меня сменили, я поспешил вниз, в каюту практикантов. Мне не терпелось переговорить с Тамми. В голове крутился с десяток вопросов, я пребывал в сомнении, не зная, что предпринять. Когда я вошел, Тамми лежал, скорчившись, на рундуке, подобрав ноги к подбородку; он уставился неподвижным взглядом на дверь, в его глазах читался страх. Я просунул голову в дверь, и у него перехватило дыхание. Но увидев, что это я, он слегка расслабился, с его лица сошло напряженное выражение.
— Входи, — сказал он негромко, делая усилие, чтобы голос не дрожал; я перешагнул через планширь[9] и сел на рундук напротив Тамми.
— Что это было? — спросил он, спуская ноги на пол и наклоняясь вперед. — Ради всех святых, скажи мне, что это было?
Он чуть ли не кричал, и я поднял руку, успокаивая его.
— Тс-с! Разбудишь остальных.
Он повторил вопрос, но теперь не так громко. Я ответил не сразу, меня мучили сомнения. Мне вдруг пришло в голову, что, может быть, лучше все отрицать, заявив, что я не заметил ничего необычного. Секунду подумав, я именно так и поступил.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я его. — Я пришел как раз для того, чтобы выяснить это у тебя. Только что там на корме, ты своими истерическими выходками выставил нас перед вторым помощником совершенными ослами. Заканчивая свою речь, я придал голосу сердитый тон.
— Ничего подобного! — страстно зашептал он в ответ. — Ты прекрасно видел все сам. Я уверен в этом. Ты показал на него помощнику капитана. Я наблюдал за тобой.
Малый едва не рыдал, раздираемый страхом и раздражением, вызванным моим наигранным недоверием.
— Чушь! — ответил я. — Ты и сам отлично понимаешь, что просто заснул на вахте. Тебе снился какой-нибудь кошмар; ты резко проснулся, и у тебя в башке чтото сдвинулось.
Я хотел убедить его, что ему все померещилось. Бог мой, это меня самого нужно было убеждать! Если б Тамми только знал о том, что мне довелось увидеть неделю назад на главной палубе, даже не представляю, что бы он тогда сказал и подумал.
— Если я и спал, то не больше, чем ты, — сказал он с горечью. — И ты знаешь это. Делаешь из меня дурака. На корабле — привидения.
— Привидения! — воскликнул я.
— Здесь водятся привидения, — повторил он. — Здесь водятся привидения.
— Кто тебе сказал? — поинтересовался я с недоверием.
— Я тебе говорю! И тебе самому это известно. Всем вокруг известно, только им до конца не верится… И я не верил, до сегодняшней ночи.
— Чушь собачья! — сказал я. — Все это глупые матросские байки. Тогда уж скажи, что и в меня вселились бесы.
9
Планширь — деревянные или металлические перила поверх судового леерного ограждения или фальшборта.