Приведя несколько таких мест, Преподобный продолжает:
"Некоторые <...> говорят: "Эти места непонятны: неужели люди так очевидно могли видеть Бога?" А непонятного тут ничего нет. Произошло это непонимание оттого, что мы удалились от простора первоначального христианского ведения и, под предлогом просвещения, зашли в такую тьму неведения, что нам уже кажется неудобопостижимым то, о чем древние <...> ясно разумели".
"А все потому, - заключает преп. Серафим, - что не ищем благодати Божией, не допускаем ей по гордости ума нашего вселиться в души наши и потому не имеем истинного просвещения от Господа, посылаемого в сердца людей, всем сердцем алчущих и жаждущих правды Божией"{543}.
Замкнуть ряд духоносных свидетельств я предоставлю авторитетному церковному учителю почти наших дней, епископу Феофану Затворнику.
"Всякий христианин - причастник Духа, - пишет этот мудрый воспитанник свв. Отцов. - Это так необходимо, что кто Духа не имеет, тот и не Христов" ("Мысли на каждый день года"){544}. И в другом месте тех же "Мыслей" читаем: Егда же приидет Он, Дух истины, наставит вы на всяку истину (Ин.16:13). Почему же в логиках не упоминается об этом источнике познания? Не удивительно, что в языческих логиках нет этого пункта, но почему нет его в христианских? Ужели христианин, когда начинает умствовать, должен перестать быть христианином и забыть о всех данных ему обетованиях, верных и несомненных?"{545}
Итак, "лучшее и вернейшее познание Бога - не то, которое выработано усилиями рассудка и выпотением мозга, но то, которое возгорается от небесного огня в сердцах наших и вносит в душу Божественный свет, более ясный и убедительный, чем все рассудочные доказательства"{546}. "Искать же Боговедения лишь в книгах и писаниях - значит искать живого между мертвыми{547}. Внутри себя ищи Бога! Он лучше всего распознается, так сказать, духовным осязанием. Мы должны стремиться видеть Его своими глазами, слышать своими ушами, и наши руки должны осязать Слово жизни. Ведь душа наша, как и тело, имеет свое чувство: "вкусите и видите, яко благ Господь!"{548}
Недаром святитель Тихон Задонский учит нас молиться Иисусу, Сыну Божию: "Даждь ми очи видети Тя! Даждь ми вкус вкусити Тя! Даждь ми ухание благоухати Тя!"{549}... А "величайший христианский философ"{550}, преп. Исаак Сирин утверждает, что "желать посредством исследования и расспросов уразумевать тайны - есть неразумие души", которая "видит истину Божию по силе жития", ибо "за сохранение заповедей ум сподобляется благодати таинственного созерцания и откровения духовного[128] ведения"{551}.
Простите, мои дорогие, что я несколько уклонился в подробности - и, говоря о коренном Источнике истинного ведения, заговорил и о путях к Нему.
Обращаясь к главной теме настоящего рассуждения, следует сказать, что все приведенные нами согласные свидетельства свв. Отцов и учителей церковных на протяжении всей истории Церкви непререкаемо удостоверяют, что Божественное внутреннее откровение Духа есть основной источник Богопознания, и потому они настаивают на необходимости и общеобязательности этого забытого нами пути Боговедения. В этом Отцы совпадают с апостолами - самовидцами Слова. Но совпадают ли они в другом пункте: в признании соборности, обязательности взаимной проверки воспринимаемых ими откровений, в искании духовного согласия друг с другом, что мы наблюдали в Апостолах и их ближайших учениках?
Этот вопрос подводит нас к предмету величайшей важности, ибо так называемое "consensus patrum " ("согласие отцов") определяет собою русло православия. Я позволю себе употребить другое наименование этой существенной черты Православия: я называю ее святоотечностью. Сему предмету я предполагаю посвятить следующее письмо целиком. Да и другие письма, если им суждено появиться на свет, будут теснейшим образом связаны с этим предметом, т.е. святоотечностью. Настоящее же письмо я закончу краткими суждениями трех Отцов Церкви, дающих положительный и авторитетный ответ на поставленный нами вопрос. Имена этих Отцов вам уже известны: это - преп. Максим Исповедник, св. Мартин, папа Римский и св. Симеон, Новый Богослов.