Я громко смеюсь, вспомнив этот рассказ.
– Что ты смеешься? – Беллс с блокнотом в руках подходит ко мне.
– Да Марк рассказал мне забавный случай.
– Марк приятный мужчина, правда? – Она выставляет перед собой руки, словно они танцуют и она обнимает своего партнера.
– Да, он очень приятный. Но ты закончи портрет. – К моему удивлению, она послушно садится и рисует дальше.
– Я был удивлен тем, что мой друг никогда не рассказывал мне о нем, – продолжал Марк. – В самом деле, меня это озадачило. Ведь мы были знакомы шесть лет.
Я улыбнулась, оценив слово «озадачило».
Затем последовал ужасный вопрос, о котором все мы потом жалеем.
– А чем вы вообще занимаетесь?
Мой взгляд невольно возвращался к большой дыре на локте его синего свитера, вероятно, когда-то давным-давно купленного в «Маркс &Спенсер» и нуждавшегося в основательной починке.
– Я учитель.
– Да-да, вы уже говорили. Что вы преподаете?
– Английский. Еще веду театральный факультатив.
Есть что-то романтическое в том, что он имеет отношение к театру, отмечаю я теперь, постукивая красной шариковой ручкой по столу.
– В самом деле? – спросила я. Почему мы всегда задаем этот вопрос – «В самом деле?» или «Правда?». Неужели я ожидала, что Марк покажет мне язык и скажет: «Нет, я пошутил»? – Какой возраст у ваших учеников? – продолжала я свои расспросы.
– Тинэйджеры. Я люблю трудные задачи.
Всклокоченные русые волосы без всякого пробора, маленькая родинка на правой стороне лица и даже скучные круглые очки в темной оправе показались мне симпатичными. Готова поспорить, что в его школе полно девчонок, у которых учащался пульс при виде него.
– Я люблю летние каникулы, – сказал Марк. – У меня появляется время на свою собственную работу.
– Вашу собственную?
– Я пишу книгу, – признался он. – Хотя дома трудно работать, слишком многое отвлекает, например, телевизор. «В девять десять мы покажем вам, как можно быстро, быстрее, чем сварить яйцо, улучшить свою внешность и выглядеть как голливудский актер», – проговорил он, имитируя Лоррейн Келли[5]. – А тут еще и Уимблдон. Когда играет Тим Хенман, мои нервы не выдерживают, и я просто ухожу из дома.
Он расспрашивал меня про мой бутик. Я рассказала ему про учебу в художественном колледже, про театр «Вест-Энд», где я придумывала и шила костюмы, и про то, как я три года работала художником-модельером. Потом эта работа мне надоела, но зато я за это время узнала много чего о ведении бизнеса. Тут по лестнице спустилась Беллс в пижаме, сжимая свой фотоальбом. Марк переключил внимание на нее, а я готовила салат. Они говорили про теннис, Марк сказал, что он болеет за Сью Баркер. Расспрашивал Беллс про футбол. Я невольно заметила, как легко они общались. Беллс много смеялась и один раз даже нежно погладила его по руке.
Марк неторопливо посмотрел все ее фотографии.
– Кто это? – спрашивал он.
– Мэри-Вероника, я и Тед в Париже, – с гордостью пояснила Беллс. Я подошла к ним. Мэри-Вероника и Беллс стояли перед кафе, подняв вверх большой палец. Тед стоял посредине, скрестив руки. – Мы поднимались на Эйфелеву башню, – сообщила она.
– Я бы тоже с удовольствием это сделал. Ну а это кто? Какая красивая.
– Моя мама, – сказала Беллс. – А это папа. Это Бадж, он играет за мою футбольную команду.
– Кэти, почему нет ни одной вашей фотографии? – удивленно спросил Марк.
Я убираю со стола. Пора ехать домой. Сегодня днем я выскочила на минутку на улицу, чтобы отправить письма, и поймала себя на мысли о том, что мне хочется встретить Марка.
Что ж, ему известно, где я работаю и где находится мой магазинчик.
– Пошли, Беллс. Чем бы ты хотела заняться сегодня?
– Зайдем в «Сэйнсбери»? Хочу приготовить органический ужин.
Я морщусь.
– Давай лучше закажем готовое.
– Марк любит «Сэйнсбери».
Веский довод.
– Что ты будешь готовить?
Мы с Беллс устраиваемся на диване, словно два плам-пудинга. С нами мороженое крем-брюле с ломтиком шоколадного бисквита и старый, черно-белый фильм «Титаник». Перед этим Беллс приготовила нам ризотто с грибами и баклажаном. Она показала мне, что надо делать с баклажаном: нарезать его ломтиками, посыпать солью и оставить на полчаса, и уж потом обжарить.
5
Лоррейн Келли (Lorraine Kelly, 30.11.1959) – шотландская телеведущая и журналистка, наиболее известная опытом работы на GMTV.