– Возьмите билет.
– Но я же никуда не еду.
– Возьмите билет.
– Куда?
– Куда хотите.
– Давайте я вам паспорт в залог оставлю, что сейчас вернусь.
– Не нужен мне ваш паспорт.
– Давайте я вам сто рублей в залог оставлю.
– Нет.
Ехать я никуда не хотел. За что платить? Билет – оплата проезда, а мне только подойти к вагону. Надо было, конечно, вернуться в кассовый зал, постоять в очереди, взять билет до ближайшей станции… Но электричка через минуту, а ходим мы (когда вдвоем) очень медленно… И такой был злой голос у контролерши, и такой ненавидящий взгляд… А на груди бирка, и там написано, что она Надежда Петровна. И я вынул блокнот и стал записывать, что она Надежда Петровна П. И когда она увидела, что я записываю, тогда выругалась и зажгла зеленый свет.
Может, у нее плохой характер, а может, ее кто-то в этот день обидел и она на нас зло сорвала. Но ведь она не виновата. Это ж ваши министры (в данном случае путей сообщения) придумали такой способ оплаты проезда, который провожание хромого старика не предусматривает.
Чтобы выйти на платформу, надо купить билет. Чтобы потом вернуться в Москву с платформы, надо купить еще один. Вы когда-нибудь сталкивались с такой ситуацией в своих поездках? Понятно, что нет; это вопрос риторический. А вам ктонибудь рассказывал про это? Уверен, что нет. Кто же будет вас беспокоить такими низменными мелочами?
Чиновники, городя турникеты, думали не о людях, а только как денег больше взять. И все равно толку не вышло.
Берут люди билет не в Тулу, не в Можайск за 200, а до первой станции (дураку-турникету все равно – дорогой билет или дешевый), а потом контролеру 30 рэ. Ни один контролер не знает, что государственному служащему нельзя деньги брать.
…Вы появляетесь на экране – молодой, крепкий как огурец, отдаете решительные распоряжения: сто миллиардов туда, пятьсот миллиардов сюда, ядерное оружие, судебная система, армия, рождаемость, Россия…
А что происходит с человечками, с солдатиками, вы не знаете и, увы, похоже, не хотите знать.
Когда вы еще только шли к легко предсказуемой победе (на президентских выборах), вы объявили программу из четырех главных «И». Ваши агитаторы всюду восторженно повторяли: «Институты! Инновации! Инвестиции! Инфраструктура!» Человечкам места не нашлось, не с той буквы начинаются.
А жизнь этих человечков, в нашей стране полна бессмысленных и жестоких унижений. Есть страны гораздо более бедные, но людям там живется легче, потому что они не натыкаются ежедневно на издевательства.
Безногому везде плохо, но в богатых (а теперь и в бедных) странах для них делают пандусы, специальные туалеты, лифты. А у нас их нет даже в столице.
Павлины, говоришь? Нанотехнологии, говоришь?
Темная ночь
7 октября 2008
Г-н президент, знакомы ли вам слова: «Верю, встретишь с любовью меня»? Все, кого спросишь, сразу начинают петь:
Это одна из самых знаменитых военных песен. Может быть, и вам (несмотря на вашу молодость) она знакома. А если нет – поверьте: эти слова и мелодия будят в душах людей святые чувства. Не парадные, госпатриотические, а гораздо более глубокие…
Это песня не о Победе, не об атаке; здесь нет ни армии, ни товарищей – никого. Солдат совершенно один. И он мечтает вернуться живым, но не знает: здоровым или калекой. «Верю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось» – это он верит, что она будет любить его даже безногого.
…Недели две назад в метро на стене вагона, на каком-то рекламном плакате вдруг читаю: «Верю, встретишь с любовью меня!» Под зелененькими буквами молодая довольная морда, а сбоку темный лес. Геолог, что ли, думаю, в тайге чего-нибудь нашел? А внизу написано: «Вклады стали выгоднее» – и название Сбербанка.
Знаете, так иногда бывает: и смешно, и противно. Смешно, потому, что, увидев эту морду и тайгу, я успел подумать (сдуру), что парень нашел кусок золота и поэтому верит, что баба встретит его с любовью. А потом, когда прочел «вклады стали выгоднее», опять смешно, потому что в этот самый день рухнула биржа, затрещали банки, об этом непрерывно кричали ТВ и радио, и эта реклама выглядела просто идиотски[39].
А почему было противно, объяснять не стоит. Если кто не понимает, то и не поймет. Только для вас надо сделать исключение. Потому что вы теперь Верховный Главнокомандующий и обязаны каждый год говорить высокие слова в День Победы.
В этом году вы в первый раз поздравляли народ, принимали парад, произносили речь:
– Мы должны беречь память о подвиге отцов, дедов и прадедов, беречь по призыву чести, совести и долга.