Выбрать главу

Александр Александрович Бестужев-Марлинский

Письма

1. П. А. Вяземскому[1]

С. – Петербург, <1 – 18 января 1824 г.>

Любезнейший, добрейший и почтеннейший из князей, князь Петр Андреевич, я приношу к Вам свою повинную голову за свое долгое молчание; но не обвиняйте меня в неблагодарности, а скорей припишите это моему скучно-ветреному праву и лености, которая в беспрестанной ссоре с приличиями света и с желаниями сердца. Хоть для своих, если не для святых святок[2], простите ленивцу, чтоб я мог по-прежнему болтать перед Вами всякие пустяки, не боясь оговорки.

Скажите по совести, князь, ваше мнение о «Полярной» нынешнего года, – чей же суд может быть полезнее, как не Ваш, и я очень любопытен ведать его. Что касается до здешнего, света, то мнения о ней многосторонни. Дамы (как я и предполагал) не столь хвалят новую, потому что проза в ней не в их вкусе. Напротив, г-да мужчины прилепляются к прозаической части и говорят, что она дельнее прошлогодней. Прошу теперь отделить истину от причин, заставляющих так говорить, и потом еще вычесть из суммы авторское самолюбие, которое дробями замешается всюду! Правду сказать, критика и без проса берется за это дело, но пружины тем не менее видны и мелочная зависть шипит изо всех углов. Даже, поверите ли, что те люди, которых мы считали беспристрастнейшими в свете, завидуют успеху (т. е. я разумею: расходу) «Звезды» и хотят ее зубами стянуть с светского горизонта; но мы смеемся, а она продается. Сказывают, туча рецензий готова рассыпаться на меня за обозрение и в Москве и в Литере, но я буду отвечать только на дельные, на глупости же – молчать: у меня нет мелких для убогих умом. Цензура в этот раз натешилась над нами и над Вами, как Вы и видели по непомещенным пьесам. Из Пушкина запрещено 4 пьесы[3], из других – несть числа, зато сам князь Глаголь[4] доволен невинностию новорожденной; в этот раз, однако ж, хоть мы не поместили виршей Хвостова, зато уступили приличиям, местами напускали ряпушки в стерляжий садок свой.[5] Бестужев весь Парнас ос<в>етил, он увидел даже Сафу (возрадуйся, Сушков), а графских моряков, точно как Крылова «Любопытный», и не приметил. Comment cela vous plait? C'est une perle pour notre Doyen Dmitrieff; c'est un trait impayable pour la biographie de metroman.[6] Так прокрался туда бессмысленный Родзянка[7] и добрый, но хромающий и стихами Норов, Влад. Измайлов с баснею, которая, конечно, не попадет в историю, и еще кой-кто из заштатных стихотворцев. Поблагодарите почтеннейшего Ивана Ивановича[8] за его басенки, они всем очень нравятся и вообще они так хороши, что многим безымянность автора прозрачна, и мой башмак тебе не в пору служит лозунгом соединения. Ваш молоток и гвоздь[9] оборотился уже пословицей, хотя и не давным-давно, по крайней мере надолго, покуда существуют молотки; но как дело уже в шляпе, то я, право, тоскуя все об одном и давая волю рукам, боюсь Вам наскучить и потому обращаюсь к другому.

Денис Васильевич[10] не смиловался, и ничем чего не прислал нам, а его слог-сабля загорелся лучом, вонзенный в «Звездочку». Не теряю надежды наперед, потому что он любил быть всегда впереди. Обрадуйте, однако ж, партизана Тацита тем, что Александр Муханов[11] достал весь журнал Фиоллиской кампании[12] да еще кой-какие любопытные вещи и теперь их переписывает. Я слышал, что Вы и Денис Васильевич участвуете в периодическом издании вроде альманаха… Уведомьте, какого рода, когда оно будет, и наперед желаю всевозможного успеха; надобно немного растатарить Москву и снова перевести в нее метрополию вкуса и словесности[13]. Жуковского видел утром у выхода, он здоров, и пудра стала его стихия[14]; мне Ваша кузина Карамзина[15] сказывала, что Вы собираетесь сюда – пожалуйте соберитесь, князь, да уж не на чашку мороженого, а на месяца два на побывку – Вы найдете, что не один я Вас люблю много и премного. Если меня что-нибудь здесь взбесит, то я кинусь отдохнуть душою к Вам в белокаменную, и тогда я лично выскажу многое.

Весь Ваш

Алекс. Бестужев.

P. S. Veullez bien, mon prince, de faire mes hommages

a m-me Votre epouse.[16]

2. П. А. Вяземскому[17]

С. – Петербург, 28 генваря 1824 г.

Письмо Ваше, почтеннейший Петр Андреевич, получил я сегодня и отвечаю на него немедленно. Благодарю за откровенность в суждении о «Полярной»; в нем на три четверти я совершенно согласен, в остальном отбился от мнения Вашего, вероятно оттого, что смотрел с другой точки, – переберем это по порядку Вашего письма, которое теперь перед глазами и, конечно, всегда останется в памяти. За лепетанье нашей поэзии я, конечно, ни перед богом, ни перед добрыми людьми не виноват – это бумажные цветки вымученной фантазии, это китайская живопись, в которой хороши одни лишь краски. Цензура обрезала наши червонцы, а многие медали и вовсе выбросила вон – поневоле довольствуешься бряцающею медью. Зато, если в наших пьесах не было отличпых, в них (кроме родзянкиных) не было зато и вовсе дурных, и, говоря Башуцкого[18] словами, они все, право, чистоплотны. «Послания к Людмилу» я не хвалил, о «Деревенском философе»[19] отозвался двусмысленно, тем более о его авторе. Комический дар не есть еще дар к комедии; впрочем, вы угадываете, не читав его. В «Лукавине»[20] я виноват без всякого лукавства. Писарева стоило бы отделать путем за его шашни: переводит пьесу с скверного французского перевода, выпускает лучшие сцены и смеет еще «Школу злословия»[21] выдать за свое сочиненье! Это чересчур по-гостинодворски. За немца моего немного заступлюсь[22], ибо знаю и чувствую в природе человеческой подобные страсти, а писал это по внушению сердца и не в подражание Шиллеру, следственно, оно не могло меня увлечь вне природы – век, мною взятый, представлял тому тысячные примеры, и я могу подкрепить это историческими доводами. О брате – не судья[23], но в Жуковском нахожу не сцены, а декорации[24]. Пушкин виден у нас как в обломках зеркала[25] – он поскупился на сей раз; однако ж ода Баратынского[26], князь, на счастие, право, стоит взгляда; даже Дельвиг[27] оперился в полярное путешествие, и, конечно, редкие из альманахов французских были так богаты хорошенькими безделицами, как наш, хотя я согласен, что они бесцветны перед взором ума.

вернуться

1

1. П. А. Вяземскому, Впервые – «Литературное наследство», т. 60, 1956, с. 210 – 211.

вернуться

2

…святых святок… – намек на известный сатирический ноэль П. А. Вяземского «Святки», не увидевший света при жизни автора.

вернуться

3

Из Пушкина запрещено 4 пьесы… – Цензура не пропустила следующие стихотворения Пушкина: «Кривцову», «Мой милый, как несправедливы…» (Послание Алексееву), «Что восхитительней, живей…» (Послание В. Л. Пушкину) и «Иностранке».

вернуться

4

Князь Глаголь – очевидно, князь А. Н. Голицын (1773 – 1844), обер-прокурор Синода, министр просвещения, известный своим ханжеством.

вернуться

5

A propos de Khwostoff: се matin au palais il m'a recite une epigramme (dite anonyme, mais palpablemeut de lui) lancee contre moi, en voici le resultat; il etait im peu difficile de retenir les vers. (Кстати о Хвостове: нынче утром во дворце он прочел мне эпиграмму (якобы анонимную, но, несомненно, ему принадлежащую), направленную против меня; вот ее выводы; было трудновато запомнить стихи (фр.).

вернуться

6

Как это вам нравится? Это жемчужина для нашего старейшины Дмитриева; это уморительная черта для биографии метромана (Фр.). (Примеч. автора.)

вернуться

7

Родзянко – см. коммент. к с. 387.

вернуться

8

Иван Иванович – И. И. Дмитриев.

вернуться

9

Ваш молоток и гвоздь… – А. Бестужев цитирует стихотворения П. А. Вяземского, опубликованные в этой же книжке «Полярной звезды»: «Молоток и гвоздь», «Воли не давай рукам», «Давным-давно» и «В шляпе дело».

вернуться

10

Денис Васильевич – Д. В. Давыдов.

вернуться

11

Муханов Н. А. (1802 – 1871) – поручик лейб-гвардии гусарского полка.

вернуться

12

…журнал Фиоллиской кампании… – Чао подразумевает А. Бестужев в этом случае – установить не удалось.

вернуться

13

…метрополию вкуса и словесности. – Имеется в виду альманах «Мнемозина», в котором сотрудничали П. А. Вяземский и Д. В. Давыдов.

вернуться

14

…пудра стала его стихия… – Имеется в виду придворная служба В. А. Жуковского.

вернуться

15

…ваша кузина Карамзина… – племянница Вяземского Софья Николаевна Карамзина, старшая дочь историка.

вернуться

16

Благоволите, князь, передать мое почтение Вашей супруге (фр.)

вернуться

17

2. П. А. Вяземскому. Впервые – там же, с. 212 – 216. Письмо А. Бестужева является ответом на письмо П. А. Вяземского от 20 января 1824 года, в котором последний разбирает очередной выпуск «Полярной звезды» (письмо Вяземского – «Русская старина», 1888, № 11).

вернуться

18

Башуцкий А. П. (1801 – 1876) – хороший рассказчик, впоследствии литератор.

вернуться

19

«Деревенский философ» (1823) – комедия М. Н. Загоскина.

вернуться

20

«Лукавин» и «Пир мудрецов» – комедии И. А, Писарева (1803 – 1828).

вернуться

21

«Школа злословия» (1780) – пьеса английского драматурга Шеридана Р. – Б.

вернуться

22

За немца моего немного заступлюсь… – А. Бестужев говорит о герое своей повести «Замок Нейгаузен».

вернуться

23

О брате – не судья… – Говорится об очерке Н. А. Бестужева (1791 – 1855) «Об удовольствиях на море».

вернуться

24

…в Жуковском нахожу не сцены, а декорации. – Речь идет об «Орлеанской деве» Шиллера в переводе Жуковского (1817 – 1821).

вернуться

25

Пушкин виден у нас, как в обломках зеркала… – Имеется в виду то обстоятельство, что в «Полярной звезде» на 1824 г. было опубликовано девять стихотворений Пушкина в разных жанрах и на различные темы.

вернуться

26

Баратынский Е. А. – Имеется в виду ода Баратынского «Истина» (1824).

вернуться

27

Дельвиг А. А. опубликовал в «Полярной звезде» две русские песни, два романса и сонет.