Пока-довольно писать –14 июля.
19 приехал сын мой с своею подругою. Слава Богу, слава и благодарение Ему, Всеблагому, за то, что Он сохранил их в пути среди многих трудностей и опасностей. Теперь об них пока помолчу.
20 пришел в Аян военный корвет — а 26 ушел на Амур.
29 возвратилось одно из судов, ушедших на Амур, и привезло вести главный — очень радостные, т. е. зимовье цело и совершенно безопасно, зимовавшие там были здоровы. Жители из Русских очень сделались приверженными. — Следовательно, с этой стороны остается желать только, чтобы со стороны Китайского Императора было согласие на свободное плавание по Амуру нам Русским; и — тогда, Ура! Чрез 5, 6 лет на устье Амура будет городу тогда наш край совсем изменится. Другие вести судно привезло очень неприятные. Компанейское судно Шелехов (купленное в Калифорнии на хлам и тряпье), подходя к зимовью, слегка коснулось дна и после трех ударов так потекло, что менее, чем в 1/4 часа наполнилось водою и затонуло на глубине 2 сажен. Люди и даже куры вышли на берег без всякого повреждала (было довольно тихо), и самый груз почти весь спасен, кроме соли и сахару. Пред уходом оттуда судна, Шелехова стали уже поднимать с одного боку на другой для того, чтобы поврежденный бок как-нибудь починить мало-мало и привезти в гавань к зимовью. Корвет вероятно помогаете ему; а на нем есть кому помочь — команды на нем 130 человек и всякие мастеровые.
Судя по рассказам очевидцев, надобно полагать, что Шелехов (купленный на тряпье) судно не новое, а гнилое; и ежели это окажется так, то случившееся ныне с ним несчастье — есть великая милость Божия и Компании и нам, хотевшим плыть на нем.
Я намерен был отправиться в Ситху на Шелехове; а теперь не знаю, на чем мы отправимся! в гавани нет ни одного судна. Пора бы придти в Аян и другому Компанейскому судну Константин с Урупа, Впрочем, ранее 10 августа его и ожидать было трудно. Во всяком случае, нам ныне придется придти в Ситху осенью; когда услышите в церкви ектенью о плавающих, вспомните нас.
Об Аянских новостях скажу Вам только, что ныне, сверх всякого чаяния, все казенные транспорты с хлебом пришли благополучно, и многие Якуты уж давно дома. — По причине бывшей бессенницы в Якутске, лошади были чрезвычайно худы, так что еще до Алдана многие пристали. Зато ярмарочный клади, как купеческие, так и компанейские, еще тянутся. Лошаденки пристали. Скот, как казенный, так и компанейской, весь пришел. Уже начали готовить солонину. Погода нынешнего лета в Аяне стояла отлично хорошая. Овощи, кроме капусты, очень хороши.
Теперь начну Вам говорить о себе и о своих. Не поскучайте.
Перенесете кафедры в Аян я отлагаю, в надежде чрез 2–3 года переселиться совсем на устье Амура. Этого мнение и г. Генерал-Губернатор наш. Сына моего, Гавриила, он просит назначить на Амур миссионером, и, конечно, могу ли отказать ему в этом. Но за неполучением из Св. Синода позволения, ныне я не пошлю его туда. Он ныне со мною пойдет в Ситху; а на будущую весну опять придет в Аян и, если будет позволение Св. Синода — он пойдет на Амур, а если нет, то придет назад в Ситху, взяв свою подругу, которую мы оставляем в Аяне у родных (у моей дочери и зятя) для того, чтобы не мучить ее напрасно по морю в двукратные длинные плавания, а, пожалуй, по обстоятельствам ей нельзя будет на весну и идти на судне.
Теперь скажу Вам, как моему лучшему другу, в надежде, что и Вы порадуетесь моей радости, которою Господь наградил меня, недостойнейшего, в моих детях.
Сын мой, Гавриил, так утешил меня своею преданностью Господу в выборе подруги себе, что я даже уважаю его. Немного ныне найдется таких! да сохранить его Господь до конца дней его в этом духе преданности Богу и любви ко мне! Он сам, добровольно давши обещание жениться на той, которую изберете ему Варвара Сергеевна[195], (которую он любил и уважай, как мать, а поэтому и я поручил ей его; я сам лично ее знаю очень плохо) — и он это исполнила, несмотря на сильный искушения и даже на то, что избранная ему невеста не понравилась ему, и он к ней был совершенно равнодушен. Но не хотел изменить веры и надежды на Господа. Все это знал и Владыка Московский. Но зато премилосердый Господь наградил его за то, сверх любви многих, и подругою, которую он, испытав в пути различными образами, узнал и полюбил так, как только можно. Слава и благодарение Богу за то! Судя по письмам его и Вашему, и я не надеялся найти ее такою, какова она есть. С первого взгляда она и мне не понравилась (эта такая ее доля), не имея привлекательной наружности и светского образования, которым умеют самую незаметную прелесть выказать на удивление и аханье. Первое, что заставило меня обратить на нее внимание, то ее череп головы (а я на это давно обращаю внимание и, кажется, еще не ошибался); вижу: голова у ней и профиль довольно хороши, даже очень хороши, должен быть ум, и точно, она очень — очень неглупа, и рассудительна, (когда узнала все причины, заставляющая нас оставить ее в Аяне, она поняла и согласилась с нами, разумеется, не без слез). Потом ехавший с ними по Аянской дороге чиновник не молодой (поляк) с удивлением рассказывал всем, как о чуде, что жена сына моего при всех очень продолжительных, частых и различных неприятностях от комаров, от дождей, грязей и проч. ни разу не возроптала и не сердилась. — Это пало мне уже прямо на сердце, и я стал испытывать и сердце ее разными испытаниями; стал с нею беседовать наедине и вниманием моим прибрел ее доверенность и любовь. Она рассказала про себя все, не скрывая ни своих слабостей, ни незнания своего, а когда я ей рассказывал что-нибудь божественное или назидательное, она слушала со всем вниманием и с размышлением. Наконец я увидал, что она не ленива молиться и молится часто в церкви и со вниманием. Сердце у ней очень доброе, чувствительное. После всего этого мог ли я ее не полюбить? Мог ли и могу ли я не благодарить Господа Бога моего, выну благодеющего мне, недостойнейшему. Мне остается теперь только молиться за них и за всех их благодетелей и любящих их. Слава и благодарение Господу!