Об Архиерейском доме.
Архиерейский дом, или правильнее сказать, квартира, ныне занимаемая мною, как известно Вашему Сиятельству, очень просторная и хорошая и пока даже теплая. История передачи этого дома от Компании нам и обратно, Вашему Сиятельству также известна. Теперь остановлюсь на том, что Гл. Правление решило-жить мне в этом доме и распоряжаться по-хозяйски, не причисляя его к казенному имуществу; а поправка, равно как и отопление оного, должно быть на наш счет.
И посему на отопление дома производится частно из экономических Дух. Правления сумм и частью из жалованья моего. Поправка же дома пока стоит нам еще немного, и отнесена на счет тех же экономических сумм. Но что я буду делать, если потребуется сделать значительную поправку? и хотя в ведении нашем находится много разных сумм, но на какую именно сумму производить расходы? а главное — где взять работников? Компания за своих мастеровых требует с нас по 5 р. асс. в день, кроме материалов; а здешние рабочие двое в день сделают не более, что в России один. Ваше Сиятельство поэтому можете заключить, что будет стоить нам поправка напр. всей крыши или печей?… Я в настоящее время решаюсь поступить так: все незначительные поправки производить на счет экономических сумм (которых у нас впрочем очень немного, а между тем они нужны на многое), а если случится важнейшая поправка, напр. ветром сорвет крышу или землетрясением повредит печи, как это было у нас ныне на 18 марта[123], то если поправка по смете будет стоить более 150 р. сер. я откажусь и от поправки и от дома. Переберусь в семинарию, где всегда для меня найдется комнатка, а дом передам Компании — если она не захочет принять на свой счет хотя половину поправки, ибо какая нам выгода поправлять чужой дом?
Средство избежать расходов на ремонт Архиерейского дома.
Избежать расходов на поправку Архиерейского дома, я думаю, можно тем, если в нем дать квартиры, кроме Архиерея некоторым из соборного причта, имйющим право получать от Компании квартиры. (Что ныне весьма возможно, ибо нижний этаж почти весь будет не занят). Но бессемейные живут в семинарии; а поместить женатых и семейных, хотя я со своей стороны и по здешним обстоятельствам нахожу возможным, но сам собою решиться не могу, ибо помещение женатых в доме Архиерея и где есть церковь, и каждодневно отправляется литургия, в России дело, кажется, не слыханное, следовательно для многих покажется странным. Но многое подобное там необыкновенно и странно, а здесь дело обыкновенное. Так напр., служить Архиерею без священника, жить в юртах и семейных домах, ходить пешком по городу и проч. здесь никого не удивляет. Но при всем том без разрешения Св. Синода, я никого семейных в моем доме не помещу, без чрезвычайных причин. Писать об этом официально Св. Синоду считаю не совсем уместным и приличным, и потому покорнейше прошу Ваше Сиятельство доложить об этом Св. Синоду или спросить кого-либо из членов оного, и что последует, не оставить меня Вашим уведомлением при первом случае. А я между тем ныне же пишу одному из членов Глав. Правления и прошу его, не будет ли милости в случае, если кто либо из соборного причта будет помещен в Архиерейском доме, не требовать с нас за поправку оного.
О квартирах для духовенства Новоархангельского.
Вместо пяти квартир, следующих от Компании соборному причту, в настоящее время имеется только одна и (которая, замечу мимоходом, гораздо хуже, чем у пастора; есть квартира даже и у его кистера). Ибо исправл, должность ректора свящ. Литвинцев с семейством и бессемейный священник Омофоровский и двое причетников живут в семинарии, а один из диаконов живет, в домике, построенном на экономическую Духов. Правления сумму. Требовать же от Компании квартир настоятельно — прямо невозможно; ибо, во-первых, пока нет надобности, во-вторых, колониальное начальство без крайнего затруднения не в состоянии дать всем квартиры, ибо старые компанейские дома разрушаются, а новых строить не кем; ибо рабочих очень много выбыло в Россию, а оттуда не пришло и 5-ой части, и кроме того в случае настоятельного требования квартир или вместо оных квартирных денег Комнания может указать на занимаемый мною ныне дом.
123
Первый удар был продолжителен и столь силен, что все стенные часы в городе остановились, и повредил печные трубы. Последующие удары были легче и легче. Впрочем дрожание или колебание земли продолжалось почти беспрерывно до Пасхи, и даже заметно ныне (26 апреля(, только изредка и слабое.