Относительно пребывания духовенства в Ситхе.
Несмотря на то, что число жителей Новоархангельска в последние три года убыло, в средствах продовольствия местными свежими произведениями нередко встречается ощутительный недостаток. Главною причиною тому то, что большая часть из нынешних почетных люди семейные и вообще число женатых (следов. имеющих свой стол), ныне несравненно более прежнего. Так напр. в 1823 году женатых русских промышленников в Ситхе было не более 10, а ныне, не считая живущих по квартирам, в одной казарме живет 70 семей. И потому, как ни ограниченно число нынешнего ситхинского духовенства, из коих притом большая часть бессемейных — пребывание оного здесь в таком количестве при недостатках на рынке свежего, для жителей ситхинских становится, или кажется почти отяготительным (а для колониального начальства оно давно уже таковым кажется[124]; по крайней мере, нередко можно слышать на то ропот. При малейшей неуступчивости наших на рынке тотчас может родиться, если не ссора, то спор из-за куска яманины. И потому многим из наших, а особливо семинаристам, свежее достается только при изобилии, или когда нет покупающих.
О доходах причта и церквей.
Нынешние обстоятельства наши далеко не те, что были прежде; ибо Компания и управление оной не то, что было прежде. Прежде-везде щедрость даже до безрасчетности; и оттого всюду изобилие, и у всех деньги; а ныне — расчетливость даже до скупости. Везде и всюду ограничение, уменьшение, уничтожение — экономия; и оттого везде уменьшение доходов, как для церквей, так и для причтов. Так напр. здесь, в Новоархангельске, церковных доходов менее почти в половину прежних, и духовенство все вместе не получает доходу столько во весь год, сколько прежде один в полгода. И оттого, если бы здесь не было семинари, где все соборные служат и след. все получают жалованье, то пришлось бы во многом себе отказывать. Также можно сказать и о Кадьякском и прочих причтах. (Кроме миссии — там никогда не было и, кажется, очень долго не может быть никаких доходов причту).
И потому настоит необходимость увеличивать по мере надобности жалованья колониальному духовенству, т. е. производить те оклады, какие Компания назначила пред открытием епархии.
О семинарии.
Состояние семинарии нашей, говоря по всей справедливости, очень не худо во всех отношениях. Причина тому очевидна. Наставники, получая от семинарии жалованье, составляющее более половины всех их окладов, стараются исполнять свое дело, сколько можно неупустительно. Но зато прочие части управления нашего много теряют от этого; а главное — соседи наши Колоши остаются без проповедника: ибо нет никакой возможности, пока не будет ректора с одним наставником, определить для того особого священника. Лучшие из них (Колош) даже жалуются на это. В последнее время почти все ситхинкие Колоши начали просить крещения.
О креолах.
Об учениках семинарии надобно сказать, что если бы не было в ней детей камчатского духовенства, то можно сказать решительно, что для здешних туземцев и креолов еще рано заведение такого разряда училищ. (Я сказал прежде: риторика для них камень преткновения). Ибо чем далее, тем яснее видно, что креолы еще не то, что русские по уму и характеру. Они годятся только там, где требуется только сметливость; а где требуется ум, рассудок — там разве 50-й годится, и то чрез 4 или 5 поколений. Характер их? (впрочем имеюпцй свои добрые стороны), далеко не соответствует высшему их назначению. Они желают возвыситься, кажется, прямо для того, чтобы иметь возможность жить посвободнее. И в то же время возвышением своим не дорожат. Так напр. новопроизведенному ныне из креолов (впрочем очень полезному для нас), при увещании его — воздерживаться от пьянства, между прочим, сказано было: иначе можешь потерять рясу. — Он преравнодушно сказал: «что ж? я не просил ее, пусть снимут». Что прикажете делать с таковыми людьми? Все это замечается и в старших учениках (Креолах). И потому с одними креолами решительно нельзя не только управлять епархиею, но и отправлять служение в церкви.
Камчатские ученики вообще радуют нас, и из них, можно надеяться, будут люди.
О средствах существования семинарии.
Существование семинарии в вещественном отношении теперь пока еще возможно и довольно сносно; и при хороших отнониях между духовными и компанейскими властями и при благонамеренных компанейских приставниках может быть по многим частям очень хорошо и выгодно. Но при неудовольствиях и размолвках (к чему случаев и поводов не искать), семинарии, да и вообще всему духовенству, придется довольно потерпеть[125]. Ибо существовать своими способами и средствами семинария решительно не может; даже не может найти людей для прислуги. Припасы, материалы и все, даже до нитки и куска рыбы, надобно получать не иначе, как от Компании или чрез посредство оной. И потому может быть и удовлетворение и отказ; удобство и затруднение в получение, если будут отпускать лучшее и дешевейшее, или что дороже и хуже, а может быть и с наложением особых процентов. Помочь этому или превозмочь это никто не в состоянии. Жалобы не помогут, а покорствоват до унижения, или молчать там, где нужно говорить — не все в состоянии. И все это отнюдь не одни только предположения или догадки…
124
В 1848 году Главное Правление по настоянию Глав. Правителей. Этолина и Тебейкова, входило в Св. Синод об уменьшении духовенства в Ситхе. Св. Синод спрашивал моего мнения; я прошедшего 1850 года писал в Св. Синод и в главное Правление, последнему доказывая несправедливость писаний Гл. Правителей.
125
Может достаться на часть м самого Архиерея, а главное могут под разными предлогами (которых тоже не искать) отказывать ему в помещении его на судно для путешествий по колониям; а тогда явно, что здесь Архиерея со всем не нужно.