Поручая себя молитвам Вашего Высокопреосвященства, имею честь быть с сыновнею преданностью и любовью, Вашего Высокопреосвященства, Милостивейшего Архипастыря и Отца, нижайший послушник
Иннокентий, А. Камчатский.
Сентября 6 дня. 1863 г.
Благовещенск.
Письмо 339
Возлюбленный мой о Господе, Отец Протоиерей Димитрий!
Отвечаю Вам на два письма Ваши, от 20-го июля и 3-го августа, полученные мною 15-го сентября. Конечно, правда Ваша, что Владыка Ваш слишком держится буквы, как, напр., при суждении об ученике Иване Попове. Но тут виновато и так называемое снисхождение, или лучше сказать, поблажка, принятая повсюду и всеми: не пятнать человека. Если бы Вы отметили его худым по поведению — тогда бы они согласился на исключение его. Но пусть уже лучше он держится буквы. Это, хотя и скучно, но безвредно.
Жаль о. Георгия ситхинца, что он овдовел, вот Вам на случай и казначей в Дух. Правление, только осмотрите его прежде и обнюхайте хорошенько и потом уже представляйте его в члены.
Рад я, что Ваши племяши добрались до Аяна, следов., они теперь уже в Ситхе, я все подумывал, чтобы как-нибудь не съехались они в Ситхе вместе с о. Георгием.
Вы просите оказать пособие голодающим и, конечно, духовным, но кто же такие они?
Ну, наконец-то, соболи стали на своей цене. Хотя это ж безвыгодно — но зато не будет колебанья в ценах, которое более вредно, чем низкие и ровные цены.
О Павлов и Федоре Алексеевиче я представлял Св. Синоду.
Паргочевскому повредило еще и то, что он сильно кричал. Виноват, я не писал Измайлову. Если успею, то ныне же напишу.
Облачение, пожертвованное Ив. Яковлевичем, я получил, только оно совсем не таково, чтобы в нем лечь в могилу. Оно будет у нас праздничным? Значит, поневоле надобно пожить еще, чтобы износить его.
А знаете ли, что я Вам хочу сказать?
Я, опять, Господи благослови, собираюсь к Вам на будущий год, через Аян, прожить у Вас до марта, а Владыке Вашему предложу прокатиться по Камчатке, Я о первом писал уже Обер-прокурору партикулярно, предлагая со своей стороны быть довольным и половинными прогонами, но, если только можете, держите это все в секрете.
Наш милый Ерумнозушко вытребован был сюда для ответов, и начал было служить в моей домовой церкви. Но при открывшейся оказии изволил отправиться домой, ни спросясь, ни сказавшись мне. Истая бурсачина! Ну, другой на месте моем дал бы ему знать за это, потер бы он лямку у тележки, а пожалуй, и ручку у лопаты. Но мне, кажется, не удастся и побранить его лично до возвращения от Вас. И мало того, что сам уехал, не спросясь — увез с собою и причетника своего Куркина, которого надобно было бы потереть здесь за его пьянство и буйство.
Невода мне теперь и не нужно для себя, потому что я отвыкаю от употребления рыбы. Совсем, впрочем, не закаиваюсь не есть совсем рыбы — придет нужда буду есть. Я теперь довольствуюсь растительностью, и хорошо.
Конец первому письму Вашему.
Ужели, в самом деле, Ваш всевожделенный Ю. И. возвратится на свое губерн. кресло? Очень жаль, — Ах, виноват, очень рад в отношении к нему, все таки лишняя тысчонка перевалится. Ну, а Вы — потерпите, ведь надобно же терпеть и переносить что-либо. Авось, за это Бог даст Вам урожаи. Спасибо Вам за умиротворение Леймана с Павловым. Будьте так добры и вперед.
Посмотрите, как у Вас разойдется с Серебреницким. Впрочем, если уедет он, то явится, наверное, другой, подобный ему. Уже так ведется в мире. От одной неприятности отделался, другая, а, пожалуй, и две, навстречу.
О руге я писал г. Генерал-губернатору, но ответа еще не получил.
Спасибо Вам за мнение Ваше о ружном положении за 1 половину года. Вы поняли и оправдали меня.
Наш губернатор, г. Буссе, сегодня возвратился с пиру, а завтра отправляется в Иркутск, с часу на час ждут здесь ревизора или Генерал-инспектора войск Лутковского — Генерал-адъютант.
Я, слава Богу, пока здоров. Погода у нас стоит холодная. 12 числа был первый иней, это по-здешнему зима, а у Вас — едва ли уже и снежку не было!
Прощайте, Господь с Вами и со всеми, Вам вверенными. Ваш вседоброжелательный слуга
Иннокентий А. Камчатский.
Сентября 17 дня. 1863 г.
Благовещенск, 9 часов вечера.
Пишите, пожалуйста, всякий раз и поболее, Ваши письма я всегда читаю первыми.
Письмо 340
Милостивый Государь, Гавриил Матвеевич!
Не знаю, как благодарить Вас за исправление наших хлопотливых комиссий! Господь Бог воздаст Вам за то! И мы не забудем Ваших одолжений. Посланные Вами по почте вещи, как-то: Евангелия, кресты, книги пробелыя и проч., получены нами в Благовещенске исправно, в августе. Пишут мне также, что и посланный Вами сосуд с пожертвованными от Вас воздухами получены в Анге, и к самому престольному празднику. А, наконец, при письме Вашем от 2 июля, получена мною фактура и счеты А. Н. Ферапонтова[158] и Ваш. Примите мою искреннейшую благодарность за все это и за все Ваши заботы о нас. Но позвольте спросить Вас: как же это, и отчего я ни в одном Вашем счете не вижу никаких процентов за исправление Вами наших комиссий, как это обыкновенно делается? Это меня беспокоит и даже заставляет перестать беспокоить Вас нашими комиссиями, потому что никто не обязан ни на кого даром трудиться. Сделайте милость, берите с нас за труды Ваши, тем более, что Вы иногда затрачиваете и свой капитал. Иначе нынешняя моя просьба к Вам будет последняя. Просьба же моя к Вам — о заготовлении вещей разных, означенных в прилагаемом при сем реестре[159], из которых первые, т. е. одежды, потрудитесь прислать в Благовещенск, если только можно, к последней неделе великого поста, а последние, т. е. образки и колпачки, если не поспеют к тому времени, то можно будет прислать и позже. Деньги же, какие будут следовать за выписываемые ныне мною вещи, покорнейше прошу получить от Московской Российско-Американской Компании конторы, предъявив ей о том заблаговременно, и просить оную, чтобы деньги сии отнесли они на счет капитала Амурских церквей, находящегося в Главном правлении.
159
Прилагаемый при сем письме реестр, с собственноручным рисунком его, см. книгу нашу «Иннокентий Митрополит Московский и Коломенский, по его сочинениям, письмам и рассказам современников». М., 1883 г., стр. 519–520.