Покорнейше прошу, при первом удобном случае, засвидетельствовать Его Высокопреосвященству мое глубочайшее почтение. Ежели Ваше Высокопреосвященство не писали еще к Графу, моему начальнику, то не изволите ли написать. Мне совестно было прочесть ему Ваше письмо, а к нему ни слова. Он же так любит и уважает. Видите мою откровенность: знаю, что этого требует сердце Ваше.
О, даруй же, Господи, Вам на пути все, что нужно к успеху Вашему, и сохрани Вас в наилучшем здоровье. Вместе с моим Сережей поручаю себя Вашим святым молитвам, и с чувством совершенного почтения и душевной преданности имею честь быть, Вашего Высокопреосвященства, Милостивого Государя и Архипастыря покорнейший слуга К. Сербинович.
P. S. Сегодня утром уже отправлено к Вашему Высокопреосвященству от Графа конфиденциальное письмо, на которое, если трудно отвечать из Москвы, то хотя с дороги. Но при том, изволите поподробнее написать, что заслуживать будет внимания Вашего о наблюдениях, какие случатся по дороге.
Письмо 202
Ваше Превосходительство, Милостивый Государь, Андрей Николаевич!
Слезы Ваши, коими Вы согрели мое сердце при расставании нашем[54], по сих пор лежат на нем. Да воздаст Вам Господь, мзду проповедника за любовь Вашу ко мне, носящему имя проповедника.
Говорил я Моск. Владыке и о состоянии и нашего Синода, и о людях, и о моей известной Вам записке, которую впрочем, еще не передал ему, оставляя это сделать протоиерею Хитрову и не ранее как на 2-й неделе поста. Но говорил с ним кое о чем, в ней написанном. О первом Владыка сокрушается крайне, не видя никого, кто бы мог быть во главе нашего духовенства. На Преосвященного Исидора[55] надежды мало. Пр. Нила он (Владыка наш) очень не жалует и говорит, что если он возьмет силу в Синод, то перевернет всю иерархию. Об Афанасии согласен со мною.
Об анатомии Владыка не соглашался со мною, но, наконец, когда я ему доказал, что без знания человеческого состава никакой лечебник не будет понятен священникам, он сделался уступчивее.
Вчера я говорил с ним еще о многом, и он, кажется, соглашается, что нынешнее воспитание нашего духовенства неудовлетворительно и не может так оставаться. Он сказал мне, наконец, когда я ему сказал, что я в записке моей старался показать способы, какими, я думаю, можно поправить настоящее наше положение «не браните много нас за прежний порядок». Я сказал на это, что кто может посягнуть на это! Ибо кто будет спорить, что уставы прежние составлены по возможности весьма хорошо. Но время, обычаи, дух века извратили все или ослабили и проч. Любопытно будет знать, что он скажет и будет говорить о моей записке после прочтения ее. Впрочем, я предупредил его, что она писана резко, ибо иначе я не умею говорить о подобных вещах.
Был я у Преподобного[56]. Завтра пойду в Успенский Собор и около 10 часов отправлюсь в свой путь. Я, слава Богу, здоров. Извините, что я так дурно и нескладно пишу: беспрерывно развлекаюсь.
О викариях моих я говорил Владыке. Прежде я указал на Леонида[57]. Он сначала не соглашался, но потом, когда я ему сказал, что Новоархангельский викарий со временем должен занять мое место, он согласился, и Леонид очень не прочь. Но здоровье его слабо. Потом я указал на Савву[58], и он тоже не соглашался, но наконец мы положили так: в сентябре я представлю Св. Синоду трех кандидатов: Леонида, Савву и Петра, нынешнего ректора Ситхинской семинарии, и затем предам все на волю Божию. Прошу Вас в свое время похлопотать об этом. Владыка Савву не хочет отпустить потому, что в случае поступления Леонида в викарии он хочет сделать его ректором[59]. Но у него много найдется других, могущих занять это место, а мне где взять. А если я предоставлю Св. Синоду, то пожалуй пр. Нил навяжет бывшего Рязанского, а нынешнего Орловского ректора[60]. Но, да будет во всем воля Божия!
Прошу Вас засвидетельствовать мое искреннее почтение и благодарность Г. Юзефовичу[61] за его усердное содействие моему делу. Я это вполне понимаю. И пусть он велит прислать мне печатных копий с указа, какой будет о новом устройстве Камчатской епархии. Иначе я не буду иметь их. И если можно, то пусть благоволит прислать мне печатный список преосвященных, какой выйдет в нынешнем году.
55
Исидор Никольский, магистр Ѵ40;I курса (1825 г.) Спб. дух. академии; 1829 г. ректор Орловской семинарии; 1833 г. Московской, 1834 г. епископ Дмитровский; 1837 г — Полоцкий; 1840 г. — Могилевский; 1841 г. — архиепископ; 1844 г. — Карталинский и Экзарх Грузии; 1856 г. митрополит; 1858 г. митроп. Киевский; 1860 г. Новгородский и С.-Петербургский.
57
Леонид (Лев Васильев. Краснопевков), из дворян, магистр ХIII курса (1842 г.) Моск. дух. академии. По окончании курса профессор Вифанской семинарии по классу гражданской истории; 28 сентября 1845 г. пострижен в монашество; в 1848 г. бакалавр Моск. академии по кафедре патристики; в 1849 г. ректор Вифанской семинарии и архимандрит, 1853 г. Московской семинарии; в 1859 г. викарий Московский, епископ Дмитровский. В 1876 г., 20 мая архиепископ Ярославский. Скончался 15-го декабря того же года.
58
Савва Тихомиров — магистр XVII курса Московской дух. академии. По окончании курса в 1850 году ризничий в московской синодальной ризнице; в 1855 г. архимандрит; в 1859 г. ректор Московской семинарии; в 1861 г. ректор Московской академии; в 1862 г. епископ Можайский, викарий Московский; в 1866 г. Полоцкий, в 1874 г. Харьковский; в 1879 г. Тверской и Кашинский, в 1880 г. архиепископ; в 1894 г. доктор Церковной Истории. Скончался 13 октября 1896 г.
60
Антония Смолина. Магистр VIII курса Моск. духов. академии. По окончании курса в 1832 г. инспектор Ярославской семинарии; в 1834 г. — Вифанской: в 1840 г. ректор Рязанской семинарии; в 1858 г. — Орловской и в сентябре этого же года епископ Одесский, в 1860 г. Новомиргородский, викарий Херсонский; в 1862 г. — Пензенский; в 1868 г. Пермский. Скончался в 1876 году.