Затем, поручая себя, всю вверенную мне паству и все дела и намерения молитвам Вашего Высокопреосвященства, моего Милостивейшего Отца, имею честь быть с глубочайшим уважением и сыновнею преданностью и любовью, Вашего Высокопреосвященства, нижайший послушник
Иннокентий, Архиепископ Камчатский.
Августа 22 дня. 1859. Якутск.
P. S. При случае, примите, Владыко, на себя труд сказать от меня искренний поклон Андрею Николаевичу Муравьеву и преосвященному Леониду.
Письмо 240
Сиятельнейший Граф, Милостивый Государь[112]
Воздав должное благодарение Господу за то, что, наконец Он благоволил, дабы и на языке Якутов славилось имя Его и провозглашалось слово спасения в храмах их, долгом считаю и имею честь принести искреннейшую благодарность и Вам, Сиятельнейший Граф, за все то, что Вы изволили сделать относительно переводов якутских.
19 число июля останется для Якутской области незабвенным на веки тем, что в этот день в первый раз была отправлена литургия на якутском языке в г. Якутске в соборе. Перед нею по окроплении св. водою книг якутских, подносимых мне священниками, был отправлен мною благодарственный молебен Господу Богу на том же языке. И с того дня дозволено: повсюду, где только понятен сей язык, вводить по возможности употребление якутских книг в церквах. И во многих церквах улусных, где священно и церковнослужители из здешних уроженцев, литургия и многие требы исправляются уже на природном языке, к удовольствию и утешению слушающих.
Одним из доказательств того, что переведенное на сей язык не непонятно для желающих слышать, может служить то, что некто из почетнейших наших граждан, русский, но уроженец Якутска, после литургии говорил мне и другим с видимо растроганным сердцем, что часы чтец читал так хорошо, внятно и выразительно, что лучше и нельзя. И точно чтец читал, как следует (по-якутски). Но этого же самого чтеца, всегда читающего хорошо, слышал несколько раз наш гражданин, и несколько тысяч раз слыхал он читавших часы по-славянски (он один из усерднейших к церкви), но видно он их не понимал или плохо понимал. А из читанного в первый раз по-якутски он понял многое, и это его умилило. Подобные отзывы слышаны от многих.
Итак, слава Господу, благоволившему устроиться этому делу!
Теперь главная забота моя о переселении на Амур, о чем я и имею честь писать ныне Вашему Сиятельству. Здесь я ни слова не скажу об этом предмете, только позвольте повторить мою просьбу: поспешить этим делом, дать мне знать, хотя партикулярно, поранее, т. е. отправить ко мне письмо не позже 10 ноября. Иначе у меня может пропасть без дела целое лето.
При сем имею честь представить Вашему Сиятельству выписку из письма одного миссионера о некоем событии, не поразительному, но назидательном и для имеющих веру и любовь к Заступнице христиан весьма занимательном и утешительном[113].
С совершенным почтением, искреннею благодарностью и преданностью имею честь быть Вашего Сиятельства покорнейшим слугою
Иннокентий, Архиепископ Камчатский.
Августа 22 дня. 1859. Якутск.
Письмо 241[114]
Вы, конечно, удивитесь, прочитав это письмо, и, пожалуй, пожалеете о том, что я вступаюсь за себя. Но позвольте сказать Вам, что я об этом никому не писал, т. е. никого не просил о вознаграждении меня, и пишу только к Вам, представляя решение этого вполне Вашему усмотрению.
Занимаясь семинарскими делами и счетами, и выкладками сумм, ей принадлежащих, я открыл довольно важный факт, при сем прилагаемый. Взглянув на цифру 20,000 руб., самолюбие и своекорыстие мое спрашивают меня: за какую же милость я тружусь, хлопочу и стараюсь об умножении семинарских интересов? Кто мне велит, и что меня заставляет делать дело в течение 15 лет такое, которого, конечно, ни один архиерей не делает, да и из ректоров семинарий — очень редкий. А между тем, каждый из последних, после службы своей 5–6 лет, сверх жалованья получает еще и денежный награды, а ордена уж непременно, а я вот уж 15 год исправляю дело эконома и ректора, и не только деньгами и даже листом бумаги не воспользовался от семинарии. А пользу ей принес такую, какой, смею похвастать, ни один Ректор не мог бы принести. Я разумею в отношении накопления процентов. В других отношениях я не хочу и не смею равняться с ними. Я приобрел семинарии пользы 20,000 руб. сер. Это я могу сказать смело, во-первых, потому, что совершенно от меня зависело пустить семинарские деньги в оборот и не пустить. Ибо никто от меня этого не требовал. Во-первых, от меня зависело даже и всю эту прибыль обратить в свою пользу — по крайней мере, половину. А между тем было не без трудностей для меня отдать семинарские деньги в оборот Компании. Надобно было делать это осторожно, слегка и не вдруг. Потому что Компания принимает в свой капитал деньги только от тех лиц, которые служили у нее или нужны ей.
113
Об этом я сообщил и Высокопреосвященнейшему Филарету, представив на его благоусмотрение, напечатать или нет.
114
Выписка из письма преосвященного Иннокентия к Вице-Директору Канцелярии Обер-прокурора Овчинникову (Дело Канц. Об. Прок. Св. Прав. Синода № 132).