Вы, вероятно, знаете мою мысль, бывшую у меня в одно время, которую я и теперь нахожу не худою. Именно: из Якутского монастыря выместь весь старый хлам и выкурить, и потом просить Св. Синод, чтобы дозволил и помог, призвать из какого — либо северного общежительного монастыря 3-х иеромонахов, 2-х иеродиаконов и 2–3 послушника с тем, чтобы они завели в Якутск свой устав, — тогда, если Господу угодно, то может водворяться чин монастырский истый. Не знаю, как Вы на это взглянете, а по-моему, лучшего способа, для востановления монастыря в истый вид, нет. Но если он Вам не нравится, я также не стану навязывать Вам его, делайте, как знаете, а я, что могу, буду помогать.
Поторопитесь открыть отделение Миссион. Общества в Вашей Епархии, для этого не нужно испрашивать дозволения ни у кого. Только нужно по открытии донести Св. Синоду и, пожалуй, уведомить меня, для отчета к 11-му мая.
Поручая себя молитвам Вашим, имею честь быть, с братскою о Господе любовно и искреннею преданностию, Вашего Преосвященства покорнейшим слугою
Иннокентий, М. Московский
Февраля 20 дня
1870 г.
СПБ.
538. Графу Димитрию Андреевичу Толстому. 24 февраля
Сиятельнейший Граф, Милостивый Государь[143]!
При сем честь имею препроводить к Вашему Сиятельству выписку из письма ко мне преосвященного Павла, находящегося в Ситхе, из коего, между прочим, Ваше Сиятельство изволите усмотреть, что пребывание его с духовенством в Ситхе становится время от времени более и более затруднительным, между тем, как Русских в Ситхе, по словам прибывшего оттуда ныне миссионера, остается не более 150 душ обоего пола, да и те, если бы только открылась возможность, готовы выехать в Россию. Но если бы они остались там, то для них достаточно одного священника с причетником.
И потому, по мнению моему, необходимо или поспешить делом водворения преосвященного в С.-Франциско и скорее освободить преосвященного, с прочими ненужными там лицами духовного звания, от пребывания в Ситхе, или дать достаточные средства к безбедному и безопасному им там пребыванию, или, наконец, вывезти его, со свитою и прочими Русскими, кто пожелает выехать из Ситхи на Амур (на одном из русских судов, находящихся на Амуре), назначив его и прочих на приличные места, а Американскую архиерейскую кафедру считать пока праздною. Духовное же Правление, находящееся в Ситхе, с делами и со всем имуществом церковным, перевести пока в С.-Франциско, поручив это дело протоиерею Кедроливанскому, придав ему в помощь кого-либо из духовных лиц, по благоусмотрению, с назначением на издержки по сему предмету особой суммы.
С совершенным почтением и таковою же преданностию, имею честь быть, Вашего Сиятельства, покорнейшим слугой
Иннокентий, Митрополит Московский
Февраля 24 дня
1870 г.
СПБург.
539. Графу Димитрию Андреевичу Толстому. 27 февраля
Сиятельнейший Граф, Милостивый Государь[144]!
18-го сего февраля прибывший сюда из Ситхи бывший Квихпакский миссионер, иеромонах Илларион, подал мне докладную записку, с просьбою выдать ему прогонные деньги, употребленные им на переезд его из Ситхи до С.-Петербурга и следующие на проезд его отсюда до Глинской пустыни, где он служил прежде и куда желает опять поступить. Препровождая к Вашему Сиятельству упомянутую записку, с приложением к ней послужного его списка и копии с журнала Новоархангельского Духовного Правления касательно его, — честь имею покорнейше просить Ваше Сиятельство обратить Ваше милостивое внимание на него, с самоотвержением и пользою подвизавшагося на поприще миссионерства в самой отдаленной и обширной из северных бывших наших в Америке миссий.
Из докладной его записки, между прочим, можно видеть расстояние от Ситхи и от С.-Франциско до С.-Петербурга и сделать довольно верное заключение, в какой именно мере должны быть выдаваемы пособия едущим в Америку на служение духовным лицам.
С совершенным почтением и таковою же преданностию, имею честь быть, Вашего Сиятельства, покорнейшим слугою
Иннокентий, Митрополит Московский
Февраля 27 дня
1870 г.
СПБург.
2-го марта, Митрополитом Иннокентием было получено от Преосвященного Леонида, Викария Московского, следующее письмо из Москвы:
Высокопреосвященнейший Владыко, Милостивейший Архипастырь и Отец! За молитвы Архипастыря Москва православная благочестно вступила в подвиг поста. Храмы были полны, причастников иного. С Преосвященным Игнатием мы размежевались полюбовно. Оба месяца я дурно себя чувствовал, эта неделя исправила силы и делам ход дала. Теперь можно скоро приступить к отчету по епархии, с благословения Вашего; но прежде следует быть трем собраниям: училищному, миссионерскому и благочинническому для суждения об Обществ по расколу.