“Уж наверняка поступила бы совсем не так, как я”, – думала она, кружным путем подходя к стойке, чтобы сдать книги помощнику библиотекаря. А затем незаметно выскользнула из здания, и Эндрю Кент ни за что бы не подумал, что она находилась с ним в одном зале.
Ох уж эти женские уловки и хитрости! Святый боже!…
ГЛАВА 16
Финальные аккорды из первого акта оперы “Травиата” наполнили зал, и Клер решила, что слушать Верди в “Ла Фениче” – все равно что побывать на небесах. Так, во всяком случае, они выглядели в ее представлении.
Они с Гвен занимали отдельную ложу в четвертом ярусе, и вид на сцену и весь зал оттуда был совершенно потрясающий. Ряды резных кресел с позолоченными спинками, небесно-голубой купол потолка, хрустальные канделябры и люстры, искрящиеся и переливающиеся всеми цветами радуги, – все это походило на изукрашенные драгоценными камнями творения Фаберже.
Клер неприятно удивило и показалось излишним другое – публика. Многие женщины явились на представление в шуршащих шелковых платьях, мужчины – в напудренных париках. Очевидно, то была дань традиции, попытка подчеркнуть республиканские ценности и символизировать просвещение. Построенный в 1792 году театр из 175 лож, первоначально носивший название “Ла Фантин”, даже по архитектуре своей как бы символизировал равноправие. Продолжалось все это до 1807 года, когда его вдруг посетил сам император Наполеон, в результате чего вскоре шесть лож разрушили и соорудили на их месте одну большую императорскую ложу в самом центре, “лицом” к сцене, во втором ярусе. “Ла Фантин” дважды восставал из пепла, впервые – в 1836 году, когда в результате реконструкции приобрел современный вид. Настоящий феникс [21], не иначе! В 1996 году “Ла Фениче” снова пострадал от пожара, реставрация затянулась на несколько лет, и блестящие ее результаты были налицо.
Во время антракта Клер предпочла бы остаться на месте, но как только в зале зажегся свет, Гвен стала жаловаться на жуткую жажду, утолить которую можно было, лишь выйдя в фойе, к буфету, где содовую продавали по цене, в десятки раз превышающей обычную. Они вышли из ложи и присоединились к остальной неспешно прогуливающейся публике. Затем подошли к буфету и встали в очередь, и тут в противоположном конце помещения Клер заметила Эндрю Кента. Он стоял рядом с Габриэллой Гризери и еще несколькими людьми, которых Клер видела на конференции. К ее удивлению и неудовольствию, Эндрю Кент тоже заметил ее, шепнул что-то на ухо Габриэлле и стал проталкиваться сквозь толпу к Гвен и Клер.
– А вечер начинался так хорошо… – пробормотала Клер. – Пошли, возвращаемся в ложу.
– Но зачем? – пыталась возразить Гвен, когда Клер вытолкнула ее из очереди. – Что вы делаете?
– Избегаю Эндрю Кента.
– Почему?
– Хочу доставить себе хоть одно удовольствие в этой жизни.
– Не понимаю, к чему вам прятаться. Все гуляют в фойе во время антракта.
– Нигде не сказано, что мы должны гулять в фойе во время антракта.
– Но я хочу содовой! Просто ужас, до чего хочется пить!
– Минуту назад мы проходили мимо маленького фонтанчика в холле. – И они поспешили к двери, обитой красным бархатом. И лицом к лицу столкнулись с Ходди Хампширс-Тоддом.
– Привет, – радостно осклабился он в улыбке. – Что так скоро возвращаетесь в зал?
– Прячемся от одного англичанина, – мрачно ответила Гвен.
– Надеюсь, не меня имеете в виду?
– О нет, нет, конечно, – ответила Клер.
– Тогда от Энди?
– Не то чтобы прячемся. Просто избегаем, – пояснила Клер.
– Уверен, разница есть. Но если нет, спрячьтесь за этой шторкой, а я пойду и посмотрю, – предложил Ходди. Потом изогнул шею и выглянул в фойе. – Он направляется вроде бы сюда… нет, остановился… оглядывается… явно растерян. Ага! Вот и славно… С ним заговорил этот псих Найджел Кейротерс. Энди удастся избавиться от него минут через двадцать, это самое ранее. Все еще смотрит растерянно, но, полагаю, передумал гоняться за вами. Так что вы в безопасности, по крайней мере пока.
– Так можно мне выпить содовой или нет? – спросила Гвен.
– Ладно, ступай. Но только не вздумай заговаривать с ним.
– Больно надо. И потом, почему мне нельзя с ним говорить?
– Потому.
– И с Найджелом тоже не надо, – заметил Ходди вслед уходящей Гвен. Потом обернулся к Клер и пожал плечами. – Вот вам маленький совет: никогда и ни при каких обстоятельствах не имейте дел с мужчинами по имени Найджел. От них вечно одни неприятности, – Он на секунду умолк. – Будете и дальше держать меня в подвешенном состоянии или все же расскажете, почему пытались удрать от старины Энди?