– Тут все просто, – сказала Лиза. – «Свод ноги» – это арка, «чистая сфера» – «лысая балда». – Она постучала пальцем по черепушке Теренса и продолжила: – А «тот, кто недолго живет без удобств на природе» – это турист, компанейский человек. Компания – кампания – камп. Получается «арка-балда-камп», или Аркибалд Кампион.
– А, тот печально известный профессор, который сошел с ума.
Лиза на секунду замолчала.
– Non compos mentis,[37] – тихо произнесла она.
– А вот тут непонятно. Список имен прерывается чем-то вроде стихотворения. И оно на фонетическом английском, словно его предполагается читать вслух:
Лиза коснулась пальцами лба; казалось, она вот-вот потеряет сознание. Она чуть не упала со стула, но Теренс подхватил ее.
– Элизабет, что с вами?
– Не знаю, что на меня нашло. Я думала о моем… об Аркибалде, и у меня вдруг возникло ощущение дежавю. Я в какой-то комнатушке, может, в кладовке. Там пахнет залежалым сыром. Кто-то произносит эти слова. Я знаю, что мне положено прятаться, но эти слова… Они зовут меня… танцевать!
Лиза почти непроизвольно поднялась, раскинув руки.
– Да, танцевать! Я чувствую зов танца всем телом.
– Думаю, это программа какой-то церемонии, – сказал Теренс. – Возможно, раньше вы принимали участие в чем-то подобном, поскольку явно имели в прошлом дело с Ряжеными.
Все еще пританцовывая, Лиза сказала:
– Об этом что, в газетах писали? Есть хоть один человек, кто еще не знает этого?
– Ну, в таком случае пункт А: у вас имеется данная книга. Вряд ли вы взяли ее в местной библиотеке; во всяком случае, в той, под которой жил я, таких не водилось. И пункт Б: в этом списке имен есть следующее сочетание знаков – сибирская пиктограмма, означающая «лизать»; синяя лента победителя на соревнованиях бетонщиков, принадлежавшая древнему жителю Айовы; и человек с револьвером – судя по всему, «Смит энд Вессоном». Лизать, бетон, Смит.
Лиза остановилась как вкопанная.
– Это же… Элизабет Смит!
– Эй, Лиза! – раздался голос с другого конца зала.
– Похоже, у вас есть поклонник, – заметил Теренс.
– Я вас, ребята, обыскался, – заорал Тедди от входа в «Дельмоникос». – Куда вы, черт возьми, запропастились? Меня чуть не затоптал этот болван.
– Ваш друг?
– Раньше и я так думала.
Лиза быстро сунула книгу под салфетку.
– Окажите мне услугу, – шепнула она Тексу. – Забудьте все, о чем мы только что говорили, ладно?
– На моих устах уже лежит печать. Жизнь в подвалах, лифтовых шахтах и мужских туалетах научила меня благоразумию.
Тедди подошел к Элизабет сзади и положил руки ей на плечи.
– Эй, красавица! То есть, э-э, госпожа Смит. Мы должны встретиться с Калебом у меня – господибожемой, как его… – в жилище, вот как! Он ждет нас. Ату!
– Вы же только что сказали, что искали повсюду нас двоих, разве не так? – осторожно спросила Лиза.
– Я… гм… имел в виду других двоих, тех… в общем, других, – сказал он, подтолкнув ее. – Давай, нам надо идти, ясно? Там снаружи нас ждет экипаж.
Прямо за окном рядом с пальмами в горшках, что обрамляли вход, Лиза увидела двоих в черных одеяниях – по одному у каждой пальмы; они изо всех сил пытались спрятаться за чахлыми стволами. Можно что угодно говорить об их гнусности, но эти двое явно были не самыми умными головорезами, с которыми Лизе приходилось сталкиваться.
– Ах да, понимаю. Что ж, пошли?
Официант принес первое фирменное блюдо – тарелку с чипсами из мексиканской тортильи, облитыми вязким плавленым сыром. Лиза отвела официанта в сторону.
– Счет должен быть целиком выписан на меня. Вот вам на чай, и чтобы вы обращались с этим человеком как с королем. Понятно?
– Да, сударыня.
– Очень жаль, что я должна уйти, Теренс. Не знаю, как вас и благодарить. Вот моя визитка.
Лиза положила карточку на салфетку и демонстративно похлопала по ней.
– Если вам все-таки удастся найти решение той замечательной головоломки, которую мы с вами обсуждали, не сочтите за труд сообщить мне о результатах по этому номеру. А если я по какой-либо причине окажусь недоступна – Калебу Спенсеру из НПУДВа.
38
39