Выбрать главу

Юноша не мог пошевелиться, но отчетливо слышал как, вопил подстреленный худощавый. Как отчаянно отстреливался ремонтник, пока его видимо тоже не убили. Юноша закрыл глаза, ожидая скорой смерти.

Но судьба видимо решила, что такой редкий представитель рода человеческого, как Андропов Платон Аристархович, должен жить несмотря не на что. Поэтому он судорожно захватил ртом воздух и очнулся.

Темнота коридора, терпкий дым всего этого не было. Этот антураж сменили белые, до стерильности белые панели какого-то научного помещения. В глаза бил яркий свет, от чего Платон не произвольно жмурился. Над ним своими механизированными щупальцами колдовал мед комбайн, вынимая из тела куски свинца.

— Твою мать! — воскликнул Андропов, испугавшись этой картины. Где-то с боку послышался топот, к нему кто-то бежал. Этот «кто-то» был ни кто иной, как Сурянов.

Свой голубой комбинезон он сменил на штатский наряд. Джинсы, кроссовки, какая-то толстовка с абсолютно нелепым рисунком.

Влад подскочил к панели управления комбайном и в два счета отключил его. Механизированный осьминог отодвинулся, позволяя Платону подняться.

Грудь юноши немного саднило, сказывались последствия недавнего ранения и лошадиные дозы анестезии. Он потрогал места ранений, над которыми пару секунд назад колдовал мед комбайн. Глубокие до селе раны затянулись и украшали грудь в виде небольших рубцов. Платон потянулся за своей рубашкой, но Влад его остановил, перехватив руку в запястье.

— Ты чего? — возмутился Андропов, пытаясь вырваться. Сурянов отпустил руку.

— Я же сказал тебе сидеть и никуда не ходить. Ты же мог погибнуть.

— Так, ведь не погиб. Спасибо отечественной медицине…

Влад расхохотался. Что такого смешного сказал Андропов?

— Медицине? — смеясь, переспросил Сурянов, — да тебя бы от таких ранений никакая медицина не подняла. Твой организм сам восстановил, комбайн лишь вытащил пули, и подколол тебя стимуляторами. В тебе начинает просыпаться сила.

— Что начинает просыпаться?

— Не думай об этом, — коротко сказал Влад и встал со своего места. Он направился к дальнему углу странного кабинета, где был установлен большой аппарат, загороженный от чужих глаз ширмой. Для чего именно предназначается та машина, Платон не знал.

— У меня для тебя есть еще один сюрприз, — копошась, из-за ширмы выкрикнул Влад, он что-то усердно там делал, слышались частые щелчки по кнопкам и прочий рабочий звук аппарата.

— Что там? — поинтересовался Платон, отвлеченный на разглядывание своих рубцов. Он был слишком удивлен тем, что от пулевых ранений не осталось ничего, кроме небольших следов.

Сурянов, еще с минуту что-то монтировал в устройстве, пока торжественно не отодвинул ширму. Как оказалось, белое полотно заграждения прикрывало небольшую, около двух метров, капсулу, с непонятной зеленой жидкостью.

— Может, я все-таки оденусь, — предположил Андропов, глядя на манипуляции друга.

— Нет, — отрезал Влад и, взяв небольшой докторский стул, с размаху что было сил, а силы было у него хоть отбавляй, ударил этим стулом по стеклу капсулы. Стекло, не выдержав напора, треснуло и мелкими осколками брызнуло в разные стороны. Та зеленоватая жидкость хлынула на пол, заполняя все пространство кабинета. Когда уровень этой жидкости в капсуле упал, Платон увидел что там лежит человек ну или, по крайней мере, тело. Сурянов аккуратно поднял голого человека на плечо и понес его к операционному столу.

— И что это такое? — непонимающе спросил Андропов, глядя на то, как Влад кладет тело на стол.

— Во-первых, не «что» а «кто», а во-вторых, неужели не узнаешь? Это ты, — многозначительно ответил инженер третьего ранга.

— Как это я?

— Ну, вот так, вот.

Платон испуганно подскочил к столу и посмотрел на тело.

— Охренеть, — только и смог он вымолвить. Сначала ему показалось, что он сошел с ума. Ну, просто на операционном столе лежал Андропов, собственной персоной. Голый, весь в какой-то липкой жидкости (комбайну понадобилось меньше минуты, чтобы убрать ее).

— Нравится? Я старался… Короче это твой клон, — гордо за свою «поделку» произнес Влад, что-то шаманя на пульте комбайна.

— Эва как! — удивился Платон, — и что мы с ним будем делать?

Влад кинул юноше рубашку и сказал:

— Ну, для начала переоденем в тебя.

Дважды Платону говорить не пришлось, он быстро стянул с себя ботинки, брюки и носки. Сурянов отдал другу пакет с одеждой, там был голубой комбинезон и какие-то ботинки.