— Но сзади укрепить гранитом, — предложила я. — Если духи вулкана подберутся достаточно близко, то расплавят обсидиан. Гранит их задержит. Что от меня требуется?
— Охраняй меня, пока едешь к кораблям, — приказал Луво. — Азазэ и Тахар больше не станут ждать. Солнце вот-вот взойдёт. Подними меня.
Когда мы вышли из-за постоялого двора, я увидела, что Луво был прав. Все уже встали, и пришли в движение. Никто не вернулся ко сну. Тахар была закутана в халат с капюшоном. Она уселась на сидение своей маленькой повозки, выкрикивая приказы скрипучим голосом. Джаят стоял у головы пони, который эту повозку тащил. Судя по всему, ему придётся идти пешком.
Осуин ждал вместе с Нори, Триком, и другими приёмными детьми. Он тащил на плечах огромный тюк, будто тот ничего не весил, и держал на боку корзину с парой котят. Если он и волновался, то виду не показывал. Его голова была склонена набок. Он уставился в даль, беззвучно шевеля губами. Нори крепила небольшие тряпичные рюкзаки к спинам маленьких детей. Они ехали на имевших усталый вид пони, которые были впряжены в телегу, пока та не сломалась. Увидев меня, Нори одарила меня гневным взглядом, которым можно было бы сдирать краску. Трик и дети постарше сделали то же самое. Я пошла седлать Искру.
Позаботившись об этом, я поместила Луво в его перевязь, и повесила её на луку седла. Он был неподвижным как мёртвый камень. Лучшая часть его сознания и силы ушла в землю. Я повесила свои перемётные сумы на место. Розторн о своей лошади позаботилась сама. Она тихо разговаривала с Азазэ и Мёрртайдом.
— Мне всё равно, если у нас есть ещё, может быть, дни! — Старый голос Тахар ясно выделялся на фоне других. Она разговаривала с одной из деревенских жительниц. — Можетбытями не вспашешь поля, и не нарубишь дров, дрянь ты безмозглая! Ты будешь ждать, пока землетрясения не обрушат твой дом, или пока его не сожжёт вулкан? Мы уезжаем! Булыжник, может, и велик среди своего народа, но он сам же признаёт, что духи могут и выбраться из западни. Джаят, кончай пялиться на Норью. Заставь эту груду щепок двигаться!
Осуин повернулся, взглянув на старого мага:
— А что с Дабьин, Кэровом, и их людьми? Они вернулись в Снэйк Холлоу[11]. Не следует ли нам известить их о нашем отъезде?
Азазэ усмехнулась:
— Пусть остаются, и грабят, пока вулкан их не поджарит.
Тахар перегнулась через борт повозки, и сплюнула на землю:
— Вот, что от меня получат Дабьин и её паршивая команда. Чтоб им есть пироги из пепла и пить расплавленный камень.
Хоть все и говорили, что маг из Тахар неважный, я увидела, что многие люди похватали свои амулеты, и прикладывали их к губам. Либо они не хотели рисковать, либо боялись недоброго пожелания Тахар. Что касается меня, Дабьин назвала Розторн воровкой. Для меня это всё решило. Я надеялась, что проклятье Тахар подействует.
Глава 16
Поскольку все проснулись, повара состряпали завтрак.
Когда с этим было покончено, предрассветный сумрак рассеялся достаточно, чтобы видеть. Пора было отправляться. Телеги и животные наконец-то потянулись вперёд по дороге. Я пристроилась в конце процессии, вместе со стадными животными и детьми, которые за ними приглядывали. Это было не самым изысканным местом в караване. Поэтому-то я и была в шоке, когда Мёрртайд отъехал назад, и поравнялся со мной:
— Как ты себя чувствуешь?
Я уставилась на него, открыв рот. Он никогда не спрашивал, как я себя чувствую.
— Я знаю, что сейчас темновато, но ты же должен видеть, что говоришь именно со мной.
— Я знаю, к кому я обращаюсь. Твоё здоровье имеет значение, девушка. Сейчас вы с Луво, возможно, являетесь нашей лучшей защитой от погребения в лаве. — Когда я в шоке уставилась на него, Мёрртайд фыркнул: — Что? То, что я провёл прошлый день в озере, должно означать, что я слишком занят, чтобы понять очевидное? Мы с Розторн мало что можем сделать против вулкана. Кроме вас, нам больше никто не поможет.
— Ты не думаешь, что мы всё испортили, дав людям знать, что мы выиграли для них время? — спросила я. — Я думала, ты скажешь, что у меня нет права называться магом.
Мёрртайд потёр себе глаза:
— Первое, что должен усвоить каждый маг, это то, что магия ставит нас в глупое положение. Теперь ты можешь называться магом. Ты усвоила самый важный урок. Скажи мне — если ты правда поймала наших юных детей вулкана, то почему же мы сегодня так спешим прочь?
Я понятия не имела, почему эти слова вырвались у меня. Может быть, потому, что Мёрртайд сказал, что я могу называться магом, в то время как я так оплошала. Розторн была занята. Мне было видно её впереди. Она выращивала лозы, которые оттягивали с дороги упавшие деревья, чтобы мы могли проехать. И Мёрртайд действительно прислушивался ко мне.