— Или что? — снова залился пронзительным смехом старик. — Или ты сожжёшь меня, алый, так? Ха! Побереги силы для дерьма, с которым собираешься возиться завтра, да.
Он снова жадно глотнул вина, затем перевернул бутылку вверх дном и убедившись, что она пуста, повернулся и, пошатываясь, направился в сторону каюты, не обращая ни малейшего внимания на взбешенного Кайера. Пальцы магистра уже сложились в фигуру для нанесения удара, но Гайтар неожиданно для себя встал перед алым магом.
— Прошу прощения, магистр, но… но на этом судне я решаю, кому жить, а кому умереть. И когда. Если помните, таковым было одно из условий нашей сделки. На корабле может быть только один капитан, вы не находите?
Кайер лишь презрительно скривился.
— В таком случае позаботьтесь, капитан, чтобы этот старый пердун знал своё место… на ВАШЕМ корабле, капитан. Я могу вынести неуважение… в определённых границах, но не от бездари, считающей себя магом.
— Я приму меры.
— Не сомневаюсь. Иначе мне придётся пересмотреть некоторые условия нашей, как вы говорите, сделки.
Ночь прошла спокойно — вернее, без происшествий. А вот выспаться капитану не удалось, сон приходил — и тут же рвался в клочья, оставляя после себя тяжёлое дыхание и учащенное сердцебиение. Гайтар понятия не имел, что ему снилось — ни одной детали вспомнить так и не удалось, сохранилось лишь ощущение тревоги. Толком не отдохнув, он оставил Лайгу, свернувшуюся калачиком на широкой капитанской постели, и выбрался на палубу.
День обещал быть неплохим. Плавно колыхалась вода за бортом, ветра практически не было — неприятное состояние для парусника в открытом море, но вполне приемлемое для предстоящей операции. Проходя мимо каюты Курдана, капитан прислушался — из-за двери доносилось бессвязное бормотание, в котором можно было разобрать лишь часто повторяющееся слово «дерьмо».
К удивлению Гайтара, алый маг уже стоял на баке, вглядываясь в чёрную массу острова.
— Не пора ли начинать, капитан? — спросил он, не оборачиваясь.
— Как скажете, магистр.
На воду была спущена шлюпка. Двое матросов заняли места на банках[13], выражение их лиц говорило о том, что они предпочли бы оказаться в другом месте, желательно — как можно дальше отсюда. Но спорить с капитаном, за спиной которого маячил огненосец, никто не решился. Дружно ударили вёсла, шлюпка отвалила от борта «Акулы» и неспешно направилась к недалекому берегу… если это можно было назвать берегом.
За спиной Гайтара послышалось знакомое хихиканье.
— Он таки пошел туда, — прокудахтал старый волшебник, поглаживая сморщенной ладонью обслюнявленное горлышко очередной бутыли. — Глупец… эх, молодость, молодость… он ещё не понимает, что есть вещи, которых следует бояться, да.
Видимо, Курдан пил всю ночь без перерыва — сейчас он с трудом держался на ногах, а слова выговаривал так, словно его язык распух и едва ворочался во рту. Гайтар лишь пожал плечами — как бы там ни было, в мире существует не так уж много вещей, с которыми не смог бы справиться магистр Альянса. А старик уже давно впал в маразм и единственное, чего ему стоит по-настоящему опасаться, так это безвременной кончины запасов вина на борту «Акулы». Судя по темпам, с которыми волшебник расправлялся с содержимым трюма, печального конца ждать недолго.
На бак, отчаянно зевая, поднялась Лайга.
— Плохо спала, — буркнула она, хотя её состояние никого из присутствующих, включая Гайтара, особо не интересовало.
В этот момент шлюпка подошла к чёрному островку вплотную и магистр без особой опаски шагнул на странный берег. Гайтар затаил дыхание — ночные кошмары словно вернулись, он ждал, что вот-вот случится что-то страшное… но шли минуты — ничего не происходило. Маг некоторое время бродил у самой кромки прибоя, опустился на колени, разглядывая маслянисто поблескивающее чёрное вещество, затем явно вознамерился обойти островок по кругу. Лодка отошла от берега шагов на двадцать, матросы напряженно следили за Кайером, готовые, в случае необходимости, немедленно причалить и забрать волшебника на борт.
Хотя кто их знает… случись что-нибудь по-настоящему серьёзное, и неизвестно ещё, в какую сторону начнут грести пираты.
— Упал, — вдруг равнодушно сообщила Лайга.
— Что?
— Магистр упал.
Действительно, алый маг лежал ничком на чёрной поверхности, подергиваясь, словно в конвульсиях. Затем сделал попытку подняться, некоторое время стоял на коленях, словно не в силах расстаться с твёрдой поверхностью… резко рванулся, чуть ли не взлетев, и замер, что-то напряжённо разглядывая.