Когда мы уже больше года прожили в этом страшном аду, из Топкапы прибыл курьер с новостями. Была середина июля 1808 года, Старый дворец задыхался. Мы сидели в комнате Накшидиль, окна которой так покосились, что не открывались, кругом было полно мух, залетавших через открытую дверь. Сначала я подумал, что вспотевший курьер запинается от жары. Затем я понял, что он столь потрясен, что едва способен говорить.
— Махмуд… Селим… Махмуд… Селим, — запинаясь, повторял он снова и снова, Накшидиль начала заламывать руки.
— Что случилось? Что ты хочешь сказать? — резко спросил я. Только после этого он рассказал, что произошло.
— Создали тайный комитет, чтобы свергнуть Мустафу и вернуть Селима на трон, — рассказывал он. — Во главе этого заговора стоял Алемдар. В начале июля он двинулся со своими войсками численностью десять тысяч человек из Эдирне[84] к Стамбулу, заявив, что идет на помощь Мустафе. Но его подлинной целью было спасти Селима.
— Как же он собирался это сделать? — спросил я, отмахиваясь от мух.
— Вскоре после прибытия в столицу он приказал своим солдатам окружить городские стены, а сам попытался встретиться с султаном. Он хотел сообщить Мустафе, что порядок можно восстановить лишь после того, как тот отречется от власти.
— Мустафа последовал этому совету?
— Султан отказался встречаться с ним. Алемдар выделил группу солдат и отправил их к ближайшему караульному помещению, чтобы убить командира янычар; другую группу послали к дому великого везира с целью захватить его. Остальную часть солдат Алемдар повел ко дворцу. Они прошли через ворота Второго двора, где в Зале Совета он застал Мухаммеда Ракима, шейх-уль-ислама. Он приказал Ракиму сообщить Мустафе, что тот должен уйти, но, хотя этот приказ был выполнен, султан отказался отречься от престола.
— Какая дерзость! Только представьте, он отказался подчиняться приказу шейх-уль-ислама, — воскликнул я.
— Да, но хуже всего, что султан сказал своему главному чернокожему евнуху Нарциссу найти Селима и Махмуда и задушить их.
— Меня это не удивляет, — ответил я, прихлопывая очередную муху. — Мустафа понимает, что сохранит свое место на троне, если не останется претендентов на него.
— Но где они сейчас? — взволнованно спросила Накшидиль. — Где Махмуд? Где Селим? Что с ними?
— Селим проводил время в гареме, в музыкальном классе, когда туда ворвались главный чернокожий евнух и его приспешники. Девушки, которые там находились, рассказали нам, что Селим в тот момент спокойно играл на нэй и пел свое собственное сочинение: «О, Ильхами, не отдавайся праздности и не верь тому, что происходит в этом мире. Этот мир ко всем безразличен, а его колеса вертятся без передышки».
«Какая ирония судьбы, — подумал я, — что из всех стихов, написанных Селимом, как раз этот полюбился ему больше всего!»
— А что он сделал, когда туда ворвались эти люди? — продолжала допрашивать Накшидиль.
— Он умолял их не причинять никому зла и обещал, что сдастся без сопротивления. Несмотря на это, они напали на него. Селим отбивался изо всех сил, но у него не было иного оружия, кроме деревянной флейты, и его положение оказалось безнадежным. Женщины кричали в ужасе, когда люди Мустафы рубили его мечами, две потеряли сознание и упали в образовавшуюся на полу лужу крови. Эти изверги по частям бросали тело Селима во Второй двор, чтобы Алемдар видел это, и кричали: «Смотри, вот султан, который тебе нужен!»
— Боже милостивый, — простонала Накшидиль, закрывая лицо руками. — Бедный Селим. Он был добрым, мягким человеком. Он хотел помочь своему народу. Селим не заслужил подобной участи. А что с Махмудом?
— Алемдар со своими солдатами бросился в сераль и обнаружил там султана, который прятался за евнухами. Мустафу схватили и заковали в цепи. В то же время Алемдар приказал своим людям разыскать Махмуда и спасти его.
— Они нашли его?
— Им в голову не пришло, — говорил курьер, — что Махмуд находится у себя, когда главный чернокожий евнух и его приспешники выбили дверь. Слава Аллаху, одна из рабынь Махмуда услышала, что они идут, достала из жаровни ведро со свежей золой и швырнула в глаза этим негодяям. Другие рабыни тут же схватили Махмуда и через трубу вытащили его на крышу.
— Слава Аллаху, — сказал я.
— Подождите, не спешите, — прервал меня курьер, — не прошло и нескольких минут, как Махмуд и рабыни снова услышали шаги. Женщины сделали из поясов лесенку, Махмуд спустился по ней и оказался рядом с пустой комнатой. Он забежал в нее и спрятался под кучей свернутых ковров. Но эти люди твердо решили найти Махмуда и, тщательно обыскав эту комнату, обнаружили его.