Но у противника тоже хватало стрелков. На другом берегу поджидали свои цели натянутые стальные луки арбалетов и дымящиеся фитили аркебуз. Как только защитники переправы в третий раз высунулись из своих укрытий, первыми дали залп швейцарские стрелки с другого берега. В результате, на этот раз оборонявшимся не удалось разрушить боевой порядок нападавших, и швейцарцы получили плацдарм на берегу.
Вдруг центральный пролет моста со страшным скрипом сдвинулся со свай, перевернулся на углах по диагонали и громко плюхнулся в воду. Этого швейцарцы не ждали, среди переправившихся на городской берег слишком многие отвлеклись от боя. Перезаряженные пушки выпалили ещё раз, почти в упор. В течение следующих двадцати минут ландскнехты добили всех оставшихся на городской стороне моста врагов, сопротивлявшихся до последнего.
Некоторым из тех, кто стоял на сдернутом в реку центральном пролете моста, удалось спастись. Получившийся "плот" течение прибило сначала к городскому берегу, потом к противоположному. Среди выпрыгнувших на свой берег оказался и пастух Ганс, в отличие от других, так и не бросивший данную ему Патером освящённую алебарду.
- Ну что, Максимилиан, помогут тебе теперь звонкие гульдены? – напомнил старую тему беседы оберст.
- Конечно помогут, можно нанять еще солдат.
- Где? В городке размером в мышиную нору или на том берегу?
Макс задумался.
- То есть, древний царь Пирр был так опечален своей нелегкой победой потому, что он не мог нанять новых солдат? За ним осталось поле боя и все трофеи, а солдат нанять было негде?
- Именно так, - ответил фон Хансберг, и в воспитательных целях решил приукрасить легенду, - а младшие командиры, потерявшие свои отряды, были разжалованы в солдаты, в следующем сражении поставлены в первые ряды и все погибли.
Пока у реки продолжались военные действия, в хозяйской спальне резиденции де Круа Марта, совершенно не чувствуя себя тюремщицей, сидела в кресле в одной нижней рубашке, и перешивала платье фрау Вурст, расширяя его где надо вставками из только что подаренного её светлостью красного бархата. Точнее, грустно тыкала иголкой в ворох разноцветных тряпок и немножко в пальцы левой руки. Графиня де Круа с мокрыми глазами лежала на кровати под одеялом и жаловалась на свою тяжёлую-претяжёлую жизнь.
- Марта, ты даже не представляешь, как мне плохо. Я приехала в этой Богом забытый свинский городишко, чтобы встретить рыцаря без страха и упрека, а оказалась заложницей, разменной монетой в чужой игре.
- Подождите до вечера, Ваша светлость, они как-нибудь договорятся.
- Вот так всегда. Сиди и жди, пока договариваются мужчины. А они все такие подлецы, что им совершенно наплевать на мнение дамы, будь она даже графиня. У меня, чтоб ты знала, есть право лично пожаловаться Папе и Императору на обе воюющие стороны. А я сижу тут как дура! У меня есть свои планы и свои взгляды на жизнь.
- Замуж Вам пора, Ваша светлость.
- Не учи меня жить, а то скажу твоему начальнику, что ты меня грязно домогалась, и он прикажет тебя выпороть!
- Sie sollen den Igel mit nacktem Arsch nicht erschrecken, Ihre Hochheit{29}.
- Что?!
Марта слегка привстала в кресле, вытащила из-под себя и слегка приподняла край нижней рубашки.
- Ой! Кто это тебя так? - удивленно спросила Шарлотта, глядя на свежие шрамы.
- Муж, кто же ещё, - спокойно ответила Марта.
- То есть, ты, когда советовала мне выйти замуж, намекала, что меня пора выпороть? - графиня снова начала злиться.
- Нет, Ваша светлость, просто сейчас Вас может выпороть кто угодно, а если выйдете замуж, то только муж.
- Кто угодно?! - графиня достигла точки кипения, - Да я, к твоему сведению...
- Да ладно Вам, Ваша светлость, - не менее спокойно продолжила свою мысль кампфрау, - если герр оберст или даже герр Максимилиан захотят, они сделают с Вами все, что посчитают нужным, и скажут, что так и было.
- Эээ... - Шарлотта уже открыла рот, чтобы возразить, но поняла, что опровергнуть Марту ничем не может.
- Я, конечно, понимаю, что покойный герр Антуан фон Бурмайер был рыцарем без страха и упрека, но Вам-то какая разница, Ваша светлость? Вы ведь не были с ним знакомы настолько близко, чтобы сожалеть о его безвременном уходе. Если Вам нравятся мужчины, которые хорошо умеют убивать других мужчин, то герр Максимилиан ничуть не хуже, не говоря уже про герра оберста.
- Ну, знаешь... - если бы Шарлотта не лежала на кровати, она бы непременно упала от удивления, услышав подобный совет, - а у тебя сколько было мужей, что ты подаешь такие советы?