– Которого красивого молодого человека ты любила? – спросила Делия. – Хоть ты и монументальна, Иви, но весьма привлекательна. Если Айвор был бисексуален, определенно, некоторые из его молодых любовников тоже были бисексуальны.
– Совершенно верно! – воскликнула Иви, ударяя в ладоши. – Его звали Лэнс Гудвин, он изнутри был так же красив, как и снаружи – темные волосы, темные глаза, оливковая кожа, изумительное тело. И нежная, любящая душа, Делия, вот на что я так запала! Конечно, он мечтал попасть на сцену – именно таким образом Айвор обычно залавливал ему подобных. Люди так наивны, особенно красивые. Характер Лэнса привлекал Айвора даже больше, чем его внешность, – он любил развращать невинных, поэтому большинство его мужчин были неопытны. Возможно, в эту схему вписывается также и мэм? Айвор, старающийся развратить какое-нибудь инфантильное существо?
– Да, это возможно, – ответила Делия, – но недоказуемо.
– Он преуспел в развращении Лэнса, который в итоге с презрением отверг меня в пользу моего отца. Отвратительно, не правда ли? Я была безутешна в то время и порезала себе вены. Поправлялась я медленно.
– Но в конце концов ты все же излечилась, если не считать твою нелюбовь к Басквошу.
– Смерть Айвора в 1934-м тоже пошла мне на пользу.
– Когда ты узнала Ра и Руфуса?
– После смерти Айвора, хотя Фенелла никогда меня не любила и не поощряла братско-сестринскую близость. На самом деле я как следует познакомилась с Ра и Руфусом только после смерти Фенеллы в 1950-м. С тех пор мы более чем компенсировали себе потерянные годы.
– Тебя, должно быть, приятно возбуждает то, что ты часть корпорации Ра Танаиса. Не говоря уже о свадьбах.
– Я могла бы написать книгу о свадьбах, – засмеялась Иви.
– Почему же не напишешь?
Иви выглядела потрясенной.
– Нет, никогда! Худшие трагедии составили бы самое интересное чтение.
– Трагедии обычно не ассоциируются со свадьбами, Иви, дорогая.
– Я видела двух девушек, которые овдовели еще до того, как вышли из церкви. Один бедный жених умер от сердечного приступа перед алтарем, а один был застрелен бывшим дружком его жены.
– Бр! Грязная сторона жизни может вторгнуться куда угодно.
Иви захихикала.
– Делия, дорогая, под поверхностью самой гламурной, самой пышной свадьбы кипит бог знает что – от неприязни матери жениха к невесте до отчаяния подружки невесты, которая не верит, что сама когда-нибудь станет новобрачной. За все это я люблю мою работу, обожаю моего брата и его мир, и жалею Джесс за ту беспощадную компульсивность, которая заставляет ее подстегивать себя, как я подозреваю, без особой надежды на благодарность.
– А что ты чувствуешь по поводу детектива Делии, которая вытянула из тебя твою историю?
– Я ее люблю, но не жалею.
И это комплимент, решила Делия после ухода Иви. Интересно, что она жалеет Джесс.
Понедельник, 11 августа 1969 года
С благоговейным изумлением вглядывался Эйб Голдберг в лежащие на наклонной чертежной доске четыре портрета, написанные акриловыми красками. Изобразив только голову, шею и часть плеч, Хэнк Джонс сделал их размером с голову Ра Танаиса, то есть побольше, чем привычные фотопортреты размером восемь на десять дюймов. И как же прав оказался этот необычный парень! Исполненные в матовых тонах, мастерской рукой, четыре неизвестных молодых человека, несмотря на явные черты сходства, заметно отличались друг от друга.
– Природный цвет волос Джеймса Доу имел в себе достаточно рыжины, чтобы намекать на веснушки, – рассказывал Хэнк, – поэтому я слегка ими его припудрил. Это не те ужасные веснушки, какие бывают у человека с морковным цветом волос, а более легкие, которые идут в паре с золотисто-каштановыми волосами. Джон Доу Третий и Джон Доу Четвертый оба имели несколько светлых прядей на черепах, вот почему в конце концов я написал четыре портрета – Джона Третьего, Джона Четвертого, Джеймса и Джеба. Я сделал также карандашные наброски Джеба, чтобы дать вам возможность увидеть собственными глазами, что в цвете это выглядит гораздо лучше.
– Они великолепны, Хэнк, – хрипло проговорил Эйб, ослепленный перспективами, какие открывал этот понедельник. Все выходные он прожил без единой сигареты, и вот теперь его одарили произведением такого качества! Даже его уши и шея ощущали себя прекрасно: он нашел время сделать себе приличную стрижку. Пускай помешанные на моде подростки щеголяют стрижками в духе принца Вэлианта[24]! Бетти было сказано, что отныне он будет придерживаться коротких волос на затылке и по бокам.
24
Персонаж популярного комикса «Принц Вэлиант во времена короля Артура», носивший волосы до плеч.