Отведя взгляды, Иэн и Ангус потянулись за хлебом и пробормотали: — Да, очень. — И тут же оба расхохотались.
Бирди фыркнула: — Могу я спросить, что в этом такого смешного?
Оба пробурчали: «Ничего» — и потянулись к кружкам с элем.
Затем Бирди пробормотала: — Минни была права, — и принялась облизывать пальцы.
Не доверяя себе — если он и дальше будет смотреть, как она это делает, он снова расхохочется, — Ангус сказал: — Мне трудно поверить, что Кэмпбелл замешан в таком предательстве.
Когда‑то Кэмпбелл был тестем Дункана, сюзерена Ангуса. Макдугаллы сражались плечом к плечу с Кэмпбеллами.
Иэн допил эль. — И мне тоже, но если Олбани велит расследовать — я расследую.
Доев третий пирог, Бирди спросила: — Кто такой Олбани?
— Герцог Олбани — дядя нашего законного короля, — пояснил Иэн.
— А. Вы должны сказать ему, чтобы он тоже кипятил воду.
Иэн нахмурился, посмотрел на Ангуса и вопросительно приподнял бровь.
Ангусу хотелось сказать: «Да, она и правда такая наивная, и тебе лучше держать свои ямочки и свои чёртовы руки при себе», но он лишь пожал плечами. — Сколько времени тебе нужно, чтобы добраться до Данстаффнажа и вернуться? — Чем скорее «Вор сердец» уберётся подальше от Бирди, тем лучше.
— Столько, сколько смогу тянуть. — Иэн снова наполнил их кружки. — У меня нет ни малейшего желания возиться с чем‑то, что попахивает личной враждой.
— В каком смысле?
— Кэмпбелл — не единственный, кто недоволен тем, что Олбани тянет с выкупом нашего маленького короля из рук сассенахов, но он один из самых громких. К тому же никто, кроме человека Олбани, не слышал, чтобы умирающий агент упоминал Данстаффнаж. Мне это кажется слишком уж удобным.
— Да, верно.
Если назревает война, то чем раньше Дункан об этом узнает, тем скорее в Блэкстоуне начнут делать запасы и готовить клан. Ангусу не нужны были новые причины торопить поиски невесты, но вот она, ещё одна.
Бирди широко зевнула и отодвинула стул. — Простите, я очень устала. Сэр МакКей…
Иэн поднялся и взял руку Бирди в свою. Прикоснувшись губами к её костяшкам, он тихо произнёс: — Доброй ночи, миледи. И, пожалуйста, зовите меня Иэн.
Покраснев и не отрывая взгляда от своей руки, где остался поцелуй, Бирди пробормотала: — Э‑э, Иэн, пожалуйста, чувствуйте себя свободно, устраивайтесь у очага на ночь. — Повернувшись к Ангусу, она сказала: — Я лягу у стены.
Онемев от того, что она пригласила Иэна устроиться на ночь, даже не спросив его, Ангус лишь молча смотрел, как стройная фигурка Бирди скользнула к кровати и нырнула под одеяла. Мгновение спустя голая рука высунулась из‑под одеяла, туника пролетела через всю кровать и упала на пол. Пресвятая Матерь. Она была нага, как новорождённый птенец… и находилась в комнате с двумя крепкими мужчинами, которых едва знала!
Этой женщине нужен был опекун.
Когда она устроилась на боку, спиной к ним, Ангус прошипел: — Чёрт.
— Не то, о чём я думал, но я и правда завидую твоей дилемме.
Рыкнув, Ангус медленно повернулся, сузив глаза. Иэн, ухмыляясь, кивнул на стол, предлагая Ангусу сесть. Шёпотом он произнёс: — Тяжёлый выбор, друг: спать рядом со мной или с этой восхитительной крошкой.
В животе у Ангуса всё сжалось. Он тяжело вздохнул и опустился на стул, который только что освободила Бирди. — Будь осторожен.
— Ай, ты ранишь меня.
Ангус фыркнул. — Ты не думал, где я мог бы найти клан Шейм? — Если кто и знал о них, так это Иэн. Агент короля — или, точнее, Олбани, — он последние пять лет провёл в коридорах власти.
— Да, но не припомню, чтобы когда‑либо слышал о них. Может, её отец был сассенахом. «Шейм» звучит как что‑то, что они могли бы себе выбрать.
— Хм. — Не то, что ему хотелось услышать. Если она и правда англичанка, у него остаётся всего два варианта: вернуть её в её долину, что совсем не радует, учитывая, что там заправляет Макартур, или привезти её в Блэкстоун, а он не мог представить, чтобы его невеста обрадовалась такому повороту.
— Тогда, может, знаешь, где находится священный источник?
Иэн сделал глоток эля, прежде чем ответить: — Да.
Надежда вспыхнула в груди Ангуса, и он выпрямился. — Где?
— К югу от Келсо.
— Чёрт возьми, человек, это на другом конце королевства! Я имел в виду какой‑нибудь поблизости.
Иэн пожал плечами: — Есть ещё тот, в холмах над Драсмуром, там, где мы бегали мальчишками. Помнишь? Местные называют его Долиной Слёз.
Друг имел в виду родник на землях Макдугалла, в нескольких днях пути и в милях от замка Бил. — Неужели нет ничего ближе?
Иэн снова пожал плечами: — Может, и есть, но я не помню. — Помолчав, он наклонился вперёд и прошептал: — Скажи мне правду. Она и правда такая… невинная, какой кажется?