Ангус ухмыльнулся: — Просто так.
— А. — Она вывернула шею и посмотрела на него, нахмурив гладкий лоб. — Ты и правда какой-то странный.
Тут он рассмеялся. Всё утро он был немного мрачен, понимая, что время, проведённое вместе, подходит к концу, и было приятно хоть раз посмеяться. Глупо, конечно, но вот так.
— Я думала, может, вообще всё отрезать, — сказала она.
Он легонько дёрнул её за волосы: — Даже не смей.
Берди снова повернула голову, чтобы посмотреть на него. В самой глубине её глаз таилось что-то тревожное. Но она ничего не сказала и снова отвернулась, а он лишь пожал плечами.
Раздался стук, и Ангус опустил руку на рукоять кинжала. — Войдите.
В дверях появился Иэн, блистательный в золотом и чёрном. — Доброе утро, леди Макдугалл. Приятно видеть, что вы так хорошо выглядите. — Обращаясь к Ангусу, он сказал: — Хозяин хочет знать, останемся ли мы ещё на одну ночь.
Чёрт! Почему Иэн взял за привычку называть Берди леди Макдугалл? Это лишь подчёркивало всю безнадёжность их положения. — Скажи ему, что мы скоро уезжаем.
— Пойду пригоню лошадей.
Несколько минут спустя Ангус провёл рукой по всей длине волос Берди, схватил пригоршню — совсем как маленький Ангус когда-то, — и поднёс к губам. Да, не бывает волос прекраснее. Он вздохнул, выпустил их и убрал гребень обратно в спорран. — Теперь их можно заплести.
— Спасибо. — Берди встала, перекинула вьющуюся массу через плечо и быстро сплела пряди в косу. Он протянул ей серебряные сетки для волос и жемчужную ленту.
— Нет, — тихо произнесла она. — Можешь положить их в сумку за седлом?
— Конечно. — Он и сам считал эти сетки нелепым украшением. Он помог ей накинуть плащ. — Готова?
— Да.
Внизу Ангус обнаружил, что хозяин постоялого двора ждёт его. Отсчитав монеты, он вдруг почувствовал, как у него на затылке встают дыбом волоски. Он обернулся и увидел, что какой-то грубоватого вида мужчина пялится на Берди. Его нельзя было винить — она была прекрасна, — но что-то в позе мужчины заставило Ангуса притянуть Берди поближе к себе. Положив руку на кинжал, он поспешил к выходу.
#
Феган бесшумно скользнул к окну. Держась в тени, он размышлял, разглядывая, как «прорицательница» и Ангус Кровавый направляются к конюшням. Он в жизни не видел такого наряда. Даже леди Макартур не носила столь роскошных одежд. Что этот мерзавец пытается доказать? Что может безнаказанно красть всё, что пожелает, и выставлять напоказ? И зачем он так явно привлекает к ней внимание? Все взгляды обращались к ним, когда они проходили мимо.
Он встряхнулся. Да какая разница. Всё равно она пробудет собственностью Кровавого не больше часа.
Когда его цель свернула за угол, он выскользнул из постоялого двора и перебежал улицу. Держась за высокими рябинами, он добрался до брата, который прятался за конюшней.
#
Когда дорога вдоль озера Лох‑Файн сузилась перед выступом скалы, Ангус пришпорил коня, вырываясь вперёд, впереди Иэна. — Ты не устала, Берди?
— Нет.
— Хм. — С тех пор как они покинули постоялый двор, Берди была слишком тихой. Он надеялся, что дело не в его словах, — но женщины, как известно, умудряются неверно истолковать смысл мужских фраз в самые неожиданные моменты. Он не раз наблюдал, как леди Бет проделывала такое с Дунканом: жизнь того регулярно летела кувырком, а он и понятия не имел, в чём причина. Ещё одна причина, по которой Ангус столько лет сторонился супружеского счастья. Женщины — как бы сильно ты их ни любил — способны свести с ума самого здравомыслящего мужчину. Не то чтобы он любил Берди.
Он обернулся в седле, чтобы спросить Иэна, удалось ли тому что‑нибудь выиграть на состязании, и увидел, как к ним стремительно приближаются двое всадников с обнажёнными клейморами. Он выкрикнул предупреждение, и Иэн резко обернулся.
Ангус направил Рэмпеджа рысью между валунами.
Берди, вздрогнув, спросила: — Что случилось?
— Неприятности. — Не тратя времени на объяснения, он одной рукой спустил Берди на землю. Выхватив из крепления на ноге скин‑дубх, он вложил его ей в ладонь. — Спрячься за этими валунами, справа и чуть выше. Забирайся как можно выше и как можно быстрее.
Берди вцепилась в его стремя: — Но зачем? Что происходит? — Ответ пришёл сам собой — в крике Иэна и лязге стали о сталь.
Не имея времени на пояснения, Ангус прошипел: — Беги, Берди, сейчас же!
Как только Берди отбежала, он развернул Рэмпеджа на задних ногах и вонзил шпоры в бока коня.
Подъехав к месту схватки, он увидел, как Иэн падает — из его правого плеча хлещет алый фонтан.
Боевой клич вырвался из горла Ангуса. Он взмахнул клеймором, обрушившись на того, кто сразил Иэна, а затем направил Рэмпеджа на второго всадника. Конь, бывалый боевой зверь, встал на дыбы. Сотня стоунов живого веса обрушилась на круп пони противника. Тот пронзительно заржал и рухнул под тяжестью, выбив всадника из седла. Ангус снова взмахнул клеймором и достал поднимающегося противника по шее сбоку. Он почувствовал сопротивление кости, и кровь взметнулась дугой, словно алая радуга. Противник рухнул, не издав ни звука. Второй всадник на мгновение застыл, широко раскрыв глаза на павшего товарища, а затем развернулся и погнал пони галопом туда, откуда явился. Ангус рванул следом.