Можете вообразить, какие богатства хранятся у нас в холодильных хранилищах, — это настоящая пещера чудес Аладдина. Здесь и лапша, и колбасы, сыры фета, трюфели, испанский овечий сыр «Манчего». Куда ни бросишь взгляд — повсюду неожиданные деликатесы. Ори тайком добавляет в списки закупок австралийскую дрожжевую пасту «Вегемит». Мое любимое лакомство — французский шоколад «Вальрона». Данный сорт шоколада идет на приготовление нашего фирменного мороженого. Десерт отличается роскошным и изысканным вкусом и при стоимости шесть долларов за порцию является буквально элитарной составляющей меню. Однако клиенты высоко ценят наш рецепт.
Иногда, лежа в постели, я размышляю о том, как же много наш курорт производит углеродных выбросов в атмосферу. Особенно печалит, что этот маленький тропический остров будет одним из первых, кому суждено уйти под воду при глобальном потеплении. А что поделаешь? Мы, конечно, пытаемся сокращать расходы и выбросы, если это касается собственного персонала. Для сотрудников фрукты и овощи — местные, как и рыба. Но вот мясо для них приплывает из Аргентины, а мороженые куры каждую неделю прилетают из Чили. Обычно у нас уходило на пищу для сотрудников 4,7 доллара в день. Однако цены выросли, и новые затраты составляют 6,8 доллара. За один только текущий месяц мы вышли из рамок бюджета на целых пятьдесят тысяч долларов. И все же главная проблема вовсе не в стоимости питания для персонала. Намного больше нас грузит добыча еды, требуемой гостями. Да еще грустный факт — нам не дано права пересматривать принятое во всем мире меню. Не можем же мы вложить отдыхающим в головы новый взгляд на еду экстра-класса. Богачи воспитаны так, что им полагается поедать лобстеров, паштет из гусиной печенки и черную икру. Их совершенно не волнует, как все это доставить на остров. Если у нас они не увидят знакомых названий, если в меню не окажется всемирно известных деликатесов, то наплюет вся эта элитная толпа на наш островок и больше сюда их не затащишь. Так что все до смешного просто. Одна из главных задач заведений вроде нашего: организовать бесперебойное снабжение предметами роскошной жизни и еды. Что до богачей, то им не нужно задумываться, как же все эти деликатесы оказываются здесь, на краю света.
— О, bonsoir[8] — приветствует меня Жан-Франсуа, поднимая голову от своего пюпитра с бумагами. Длинные темные волосы ниспадают ему прямо на лицо. Парень приятен внешне, но имеет склонность употреблять утянутую из погребов выпивку на пару с Марко, латиноамериканским сомелье. — Ты только посмотри! — Он пинает ногой валяющийся на земле здоровенный окорок. — Это никак не «пата-негра»: разве вот это животное откармливали их долбаными желудями? Ты видишь, эта свинка жрала обычную еду, как и положено простым хрюшкам. А значит, и вкус у нее будет омерзительно обычный. Но разве нам здесь можно подавать гостям обычную еду?
— Вот дерьмо, — оцениваю я ситуацию.
— Гнуснейшее дерьмо из возможных, — усиливает эмоциональный накал Жан-Франсуа, снова пиная несчастную свиную ногу. — Я теперь по уши в дерьме. Шеф-повар меня просто прибьет. За один только месяц уже третья такая подлянка.
— Надо менять поставщиков.
— Тебе легко говорить, ты же не поедешь сам в Испанию, чтобы искать новых партнеров.
— Разве ты должен туда лететь?
— А как еще я найду других поставщиков? — недоумевает Жан-Франсуа.
— Может, по чьей-то рекомендации?
— Вот этих уродов мы и нашли по рекомендации. А ты видел, какие дыни нам привезли на прошлой неделе? Полная дрянь. Сгнили еще до того, как их погрузили на долбаный самолет. Как я ненавижу эту работу! Дурак, думал, будет солнце, море, секс, много секса. А что вышло? Ни того, ни другого, ни третьего почти и нет.