Хорошо вооруженный знанием истории Майсура и жизни Типу, я решил повидать те места, где в 1799 году разыгрались драматические события, положившие начало окончательному завоеванию Индии англичанами.
БАНГАЛУР
Бангалур (или Бангалуру) означает на языке каннара «деревня жареных бобов». В этой связи рассказывают следующую историю. В давние времена какой-то принц будто бы заблудился в чистом поле на месте теперешнего города и набрел на деревушку, где старуха накормила его жареными бобами. Принц повелел называть деревушку Бангалуру, и название это дошло до наших дней.
Достоверная история города начинается с 1537 года, когда раджа Кемпегоуда повелел возвести на месте нынешнего городского центра форт из кирпича-сырца и четыре каменные дозорные башни на окрестных каменных склонах, определив ими территорию будущего города.
В середине XVII века Бангалур принадлежал султану Биджапура, затем маратхам. В 1687 году его купил у маратхов Чикка Дева Райя Водеяр — раджа Майсура. С 1761 по 1799 год Бангалур принадлежал Хайдару Али и Типу Султану, которые обнесли его каменной стеной.
В Бангалур — столицу штата Майсура, первый пункт нашего путешествия по стране Типу Султана, — мы двинулись в декабре 1959 года. В Хайдарабаде в это время стояли прохладные ясные ночи. В листьях джамуна, срывая спелые синие ягоды, шелестели летучие лисицы и с криками разлетались, вспугнутые ружейными выстрелами хозяев садов.
Поезд прибыл в Бангалур в пять часов утра, когда весь город был густо затянут туманом. Сквозь его сизую пелену виднелись высокие деревья, подстриженные кустарники и небольшие добротные постройки в староанглийском стиле с красными черепичными крышами.
Первым, кто нам попался на пути в отель, был пожилой англичанин, совершавший по пустынным улицам утренний моцион. С тростью в руках, в шляпе, рубашке и коротких, до колен, штанах, которые открывали синие в венах ноги, он семенил по тротуару. Всецело занятый самим собой и своим здоровьем, он даже не заметил нас, хотя мы шли ему навстречу.
Европейский отель Вест Энд оказался слишком шикарным для нас. Там были величественные лакеи, роскошные номера. За все это нужно было платить самое меньшее по двадцати пяти рупий с человека в сутки. У подъезда отеля как раз грузилась в сверкающий кадиллак удивительно дородная американка. У ней ходили ходуном необъятные телеса, тряслись багрово-румяные щеки и губы. В руках у нее тявкала крохотная собачонка; все свободные сиденья были завалены баулами, чемоданами и корзинами с провизией.
Мы вполне удовлетворились номером в более скромном хпндуистском отеле Вуудлэндз.
Бангалур — настоящий город-парк. Его широкие и прямые улицы заполнены добротными европейскими зданиями и коттеджами с красными коническими крышами (каких совершенно нет в Хайдарабаде).
Исторических мест, связанных с глубокой стариной, именами Типу и его отца, в городе оказалось не так уж много.
Прежде всего мы пошли в ботанический сад, который был в свое время заложен Хайдаром Али и затем расширен Типу Султаном.
Этот сад был любимым местом отдыха майсурских правителей. В центральной его части густо растут могущественные старые деревья, многие из которых были посажены рукой самого Типу Султана. Дух Типу Султана незримо витает над садом, хотя в центре его возвышается конная статуя Чамараджа Водеяра — позднейшего правителя Майсура. Расширили и придали ему современный вид англичане.
Пройдя по богатейшим розариям и аллеям с деревьями чику[14], наглядевшись на бамбуковые заросли и громадные баньяны, мы поднялись на макушку каменного пригорка к одной из дозорных башен. Башня — седой страж города — походила на сказочную избушку на курьих ножках, окна которой смотрят во все четыре стороны. С платформы башни был виден весь Бангалур, далеко переросший пределы, положенные ему Кемпегоудой. В каменных выбоинах холма блестели озерца, в которых плескались головастики. Кругом сидела шумливая молодежь, любовавшаяся красивой панорамой.
От ботанического сада мы поехали к самому древнему местному храму — Храму быка. Возле его дверей под громадными баньянами были вкопаны в землю позеленевшие от времени каменные пластины с изображением кобры. В старину существовало поверье, что если бесплодная женщина принесет такой дар богу, то у нее будет ребенок. Странно было смотреть на эти пластины. Камни — символы немой просьбы все стоят, а женщин уже давным-давно нет в живых!
14
Чику — фруктовые деревья. Их плоды по виду и цвету очень напоминают небольшие темные картофелины. Мякоть, обволакивающая бобок, сладковата и приятна на вкус.