27 мая. Разведка сообщила, что в Могилеве в одном из больших зданий должно произойти совещание немецкой жандармерии и русских предателей-полицаев. На бомбежку были посланы два самолета каждый с бомбой-пятитонкой. Первым на цель зашел экипаж Николая Ищенко, он разрушил здание прямым попаданием. Наш экипаж ударил следом. Чтобы налет был неожиданным, а поражение точным, бомбили с небольшой высоты. Взрывная волна от пятитонки швырнула самолет, как щепку, и мы едва удержали его в воздухе. Как позже сообщила разведка, трупы полицейской сволочи вывозили в течение нескольких суток.
…20 июня. Над целью не сбросилась одна бомба весом в тысячу килограммов. Сделали несколько заходов. Резко тормозили, выпуская закрылки. Не помогло: бомба продолжала висеть под левой плоскостью. Тогда старший техник-лейтенант Зубрицкий полез в плоскость, прорубил окно и по команде нажал над целью на замок – бомба ухнула вниз.
Обнаружилось, что немцы пошли на такую хитрость: по ночам начали уводить железнодорожные составы с больших станций. Используя донесения партизан, наша дивизия стала бомбить вражеские эшелоны на перегонах и полустанках.
На этом мы кончаем публикацию отрывков из воспоминаний полковника В. Пономаренко. С каждым месяцем все сокрушительней становились удары советских бомбардировщиков, и В. Пономаренко участвовал во многих операциях, встретив зарю Победы. Сейчас он находится на действительной службе, продолжая охранять рубежи нашей Родины.
«ЗС» 10/1967
Михаил Лускатов
Выход из окружения
(из фронтовых дневников)
Михаил Георгиевич Лускатов
Михаил Георгиевич Лускатов был из рабочей семьи, отец его трудился мастером на Брянщине на одном из заводов Мальцова – известного в дореволюционной России промышленника, много сил положившего на развитие отечественной индустрии и социального состояния своих работников. В семье Лускатовых было трое сыновей и одна дочь, все они выросли воспитанными в духе Советской власти. Старший брат Михаила Лускатова, Сергей, батальонный комиссар, погиб под Москвой в октябре 1941 года, средний брат, Анатолий, старший лейтенант, погиб под Сталинградом в декабре 1942-го. Михаил, единственный из братьев, остался в живых, пройдя всю войну от Украины до Прибалтики. До войны он нашел свое призвание в журналистской профессии, но вышло так, что большую часть своей трудовой деятельности он провел не в гражданской работе, а на службе в рядах советских вооруженных сил.
Публикацию к печати подготовили М. М. Лускатов и И. М. Бейненсон.
Слухи об окружении нашей группировки войск подтверждаются.
Сегодня мы перебазируемся в Прилуки или чуть восточнее. Еще ночью мы погрузили типографию и в том числе недоверстанный номер газеты «Крылья Советов». Это был № 23, большого формата, выпущенный с начала военных действий.
Накрапывает мелкий осенний дождь. Трудно ехать на нашей тяжелогруженой машине. Бумагу, как и прежде, везут на прицепах трактора.
При въезде в Прилуки стоит фашистский танк, захваченный нашими войсками. Прилуки остались позади, мы едем в Ладан. Там на месте монастыря построен завод. Где-то здесь мы устроимся с типографией.
Сегодня день рождения Капуньки[1]. Послать бы привет, но ее уже, видимо, нет в Людинове. Да и письма от нас теперь навряд ли дойдут.
Мы поселились на квартире секретаря Прилукского райкома ВКП(б). Его семья эвакуировалась. Сам он уходит в партизаны. Печатную машину поставили в тесном коридорчике. В небольших комнатушках разместились вместе с нашим ДКА[2]. Начштаба они отправили в Сумы. Теперь уже не звучит «Татьяна»[3], патефон он увез с собой. Отогрелись немного, высушились. На дворе по-прежнему дождь.
Наш 94-й полк из Крупичполя уехал на переформирование за новой матчастью. У нас остался один 52-й полк. Недавно передали, что к нам вольется 89-й истребительный полк на «Лагах». Комиссар и командир полетели его принимать на станцию Гребенку. Они патрулировали и прикрывали эту станцию.
Прояснилась погода, и немцы начали бомбить Ладан. На шоссе много машин. Движутся обозы. В нескольких метрах от шоссе мы. Это для фашистов хорошая цель. В первый день сбросили 6 бомб, 3 не взорвались. Одна из них упала недалеко от нас.
Установили приемник и слушали сводки Советского Информбюро. К нам заходит будущий партизан – секретарь райкома. Немцы по-прежнему бомбят Ладан, но ущерба никакого не нанесли. Часто даже обстреливают из пулеметов.