— Это очень интересно, — подтвердил капитан. — Говорят, что необходимо полторы тысячи цветов, чтобы приготовить единственную каплю эфирного масла. А ведь знаменитые парфюмерные масла, такие, как, например, масло Граса [6], использовались еще со времен Возрождения.
Капитан заметил, что Анастасии действительно было интересно, и продолжал:
— Вы сможете увидеть, как производят из цветов эфирное масло в самом Сэрже или в городе Аркале, расположенном в южной части страны.
— Я обязательно съезжу туда тоже, — пообещала Анастасия, и капитан благодарно посмотрел на нее.
Едва «Уориор» бросил якорь, как от берега отошел нарядный белый катер с развевающимся на корме морским флагом. Анастасия забеспокоилась. Обернувшись к капитану, она спросила:
— Его величество поднимется на борт линкора?
Капитан отрицательно покачал головой:
— Было решено, что его величество встретит вас на ступенях дворца, мэм. А когда вы сойдете на берег в сопровождении премьер-министра и членов кабинета, вас с торжественной процессией провезут по городу. — Катер быстро приближался, и капитан добавил: — Я думаю, мэм, вам лучше спуститься вниз. И, когда прибудет делегация, находиться вместе с великой герцогиней и баронессой.
— Да, конечно, — кивнула она, Анастасия поспешила в адмиральскую каюту.
Великая герцогиня уже ждала ее там.
— Где вы были, Анастасия? — строго спросила она.
— Я была на палубе, мама. Смотрела, как корабль входит в гавань.
— Вам надо было сказать мне, куда вы идете, — смягчилась великая герцогиня. — Ведите себя осмотрительнее, Анастасия, и помните, что сейчас очень важно произвести хорошее впечатление. Первое впечатление — всегда самое важное.
— Хорошо. Я постараюсь, мама, — смиренно согласилась она с матерью.
На Анастасии было бледно-голубое платье, которое очень шло ей. А ее шляпка, украшенная нежными розовыми бутонами, и такой же маленький зонтик, без сомнения, могли поспорить с самыми изящными аксессуарами женской одежды, купленными в Париже. Сознание того, что она одета весьма изысканно, придавало Анастасии некоторую уверенность в себе. И тем не менее она не могла не нервничать те долгие минуты, пока первые сановники Мороны поднимались на борт линкора и в сопровождении капитана корабля подходили к адмиральской каюте.
Премьер-министр оказался приятным, начинающим лысеть мужчиной с проницательным и, как показалось Анастасии, немного озабоченным взглядом. Он приветствовал ее по-французски. Однако, когда она ответила ему по-моронски, премьер-министр был явно восхищен.
— Ваше королевское высочество может разговаривать на нашем языке! — с удивлением отметил премьер-министр.
— У меня был очень хороший учитель, — объяснила Анастасия, — и я надеюсь, что не разочарую всех, сделав грамматические ошибки.
— Уверен, что с вашим королевским высочеством этого не случится, — сказал премьер-министр.
Затем последовала долгая церемония обмена приветственными речами, прежде чем англичане наконец отправились на белом катере к берегу. У причала их ожидало несколько открытых карет.
К удовольствию и восторгу Анастасии, запряженные лошади и кареты были убраны гирляндами цветов. Она поднялась в карету, открытый верх которой был весь покрыт красными гвоздиками. Рядом с ней в карету сел премьер-министр, а напротив — сэр Фредерик Фолкленд и капитан Азнар. Сэр Фредерик был облачен в посольский мундир, а на голове у него была шляпа, украшенная белыми перьями. Заняв свое место, сэр Фредерик принес Анастасии витиеватое извинение за то, что во время путешествия не мог находиться в обществе из-за морской болезни. Он показался Анастасии довольно скучным, малоинтересным человеком. И про себя она удивлялась, почему, если Морона имела такое значение для Англии, не нашли более представительного человека, чтобы сделать его английским послом в этой стране.
Процессия из нескольких карет двинулась к королевскому дворцу. Анастасии хотелось произвести хорошее впечатление на премьер-министра. Но вести с ним беседу под шум приветствующей ее толпы было совершенно невозможно, и Анастасия стала смотреть по сторонам.
Дворец, куда направлялась процессия, стоял на самом высоком месте в городе. Окруженный зеленью, он был подобен сверкающему драгоценному камню на зеленом бархате. Улицы украшали знамена, цветочные гирлянды и арки всех форм и размеров. Балконы домов, запруженные машущими людьми, пестрели разноцветными шалями, флажками и транспарантами из цветной бумаги, свисающими с балконов вниз, Гвоздики, розы, лилии и дикие орхидеи летели в карету к ногам Анастасии, пока наконец они не засыпали все дно кареты и коврик, прикрывавший ее колени. Было очень весело. Горожане улыбались, махали руками и приветствовали Анастасию громкими криками. Она отвечала им, все более волнуясь и восхищаясь увиденным.
— Эти люди выглядят такими веселыми и счастливыми, — обратилась Анастасия к премьер-министру.
— В большинстве своем мы очень жизнерадостные люди, — заметил он. — Да и, если можно так выразиться, мэм, вы оказались такой, какой мы надеялись вас увидеть.
— Это значит какой? — с любопытством спросила она.
— Подобно принцессе из сказки, — улыбнулся премьер-министр. — Вы должны простить меня, мэм, но обычно мы представляем себе англичан очень высокими, надменными леди и джентльменами с торчащими вперед зубами и одетыми в платье из шотландской ткани.
Анастасия непринужденно рассмеялась:
— Я отлично понимаю, что вы имеете в виду, — еще смеясь, заговорила она. — Некоторые англичане выглядят именно так, как вы описали. Надеюсь, что я отличаюсь от них.
— Вы и впрямь выглядите совершенно по-другому мэм, — согласился премьер-министр.
И когда Анастасия с улыбкой обернулась к нему, она была уже почти уверена, что ей удалось опять одержать победу.
Процессия продолжала двигаться по бесконечным улицам. Везде было полно народу, и все улицы показались Анастасии одинаковыми. Наконец лошади начали подниматься вверх, и она увидела почти над головой огромный белый дворец. Он выглядел очень впечатляюще. Процессия повернула во двор, проехав через огромные золоченые ворота. Перед дворцом Анастасия увидела классический фонтан, струи которого били в небо, переливаясь на солнце, а позади него — длинный ряд ступенек, ведущих к парадному входу.
Лестница была устлана красивым ковром. На ней выстроился почетный караул и расположились живописные группы элегантно одетых придворных. Мужчины — преимущественно в военной форме, с орденами и наградами, дамы — в огромных кринолинах с маленькими, украшенными кружевом зонтиками для защиты от ярких солнечных лучей.
Карета, в которой сидела Анастасия, сделала круг вокруг фонтана и остановилась около лестницы. Анастасия ступила на землю. Подняв глаза, она увидела, как из парадной двери дворца вышел высокий мужчина в белой военной форме и начал спускаться к ней вниз по лестнице.
Она ощутила, как глухо забилось сердце у нее в груди. И Анастасия почувствовала, как все ее существо охватывает страх, такой, какого она еще не испытывала ни разу в жизни.
Король Мороны — суровый, темноглазый человек с портрета приблизился к ней. Это был Максимилиан III, ее будущий муж.
Глава 4
— Поцелуй меня, mon cher [7], — проворковал голосок по-французски.
Король Максимилиан, заложив руки за голову, лежал на диване среди разбросанных шелковых подушек. Он не пошевелился.
— Ты просто ненасытна, Иветт! — сказал король, и в его голосе послышались насмешливые нотки.
— Если я ненасытна, то ты неотразим! — последовал ответ.
— Уже поздно. Тебе надо возвращаться!
— На самом деле сейчас еще рано, а я не тороплюсь поскорее встретить этот новый день.
Она с каким-то особенным ударением произнесла слова «этот новый день». Король только застонал в ответ.