Далее подобные истории попадаются везде — не только в Бытии, но и во всех исторических повествованиях Писания. В начале следующей книги, Исхода, потомки Иакова стали большим народом в Египте. Но они порабощены и тяжко трудятся из-под палки и плётки надсмотрщиков. Они изнемогают, добывая глину и выделывая кирпичи, а качество их продукции поддерживается на должном уровне посредством жестоких наказаний. Еврейским повитухам приказано убивать каждого новорождённого младенца мужского пола (Исх 1). Всё это происходит не по грехам Израиля, а просто потому, что «восстал в Египте новый царь, который не знал Иосифа» (Исх 1:8), безжалостный в осуществлении своих замыслов.
Но страдания другим людям причиняют не только какие-то безбожные маргиналы. Когда израильтяне выведены из египетского рабства, им даруется земля обетованная. Такой дар принять непросто, поскольку земля уже кем-то населена. «Принять в дар» на деле означает «взять силой». Так что для начала израильтяне осаждают укреплённый Иерихон, в результате чего его стены рушатся, а население истребляется полностью — каждый мужчина, женщина и ребёнок в городе (Ис Нав 6). Вы можете подумать, что это акт божественного правосудия над городом и его обитателями, но в тексте на это ничто не указывает. Весь смысл повествования заключается в том, что Бог хотел населить эту землю чадами Израиля, и от прежнего населения надлежало избавиться. Но как быть с младенцами, с двухлетней девочкой, скачущей у себя во дворе, и её шестимесячным братиком? Прикончить на месте. Очевидно же, что Бог Израиля не вменяет это во грех.
Другое дело — истребление своих младенцев. Например, вспомним самый известный случай в Новом Завете, когда приход в мир младенца Иисуса привёл к так называемому избиению младенцев. Об этом говорится только у Матфея (напомню: я рассматриваю лишь библейскую историю, а не то, что случилось «на самом деле»; фактически же исторического подтверждения данному событию не существует). После рождения Иисуса пришли трое волхвов, следуя путеводной звезде (которая давала им лишь основное направление, поскольку справки по дороге они, всё-таки, наводили). Когда царь Ирод узнал от них, что родился какой-то другой царь, то по вполне понятной причине забеспокоился, ведь под угрозой оказалось его собственное царствование. Пытаясь отвратить Божью волю, он послал воинов с приказом убить каждого родившегося в Вифлееме младенца до двухлетнего возраста. Приказ был выполнен и город наполнился плачем и стенанием:
«глас в Раме слышен
плач и рыдание и вопль великий;
Рахиль плачет о детях своих
и не хочет утешиться, ибо их нет.»
(Мф 2:18 цитирует Иер 31:15)
Изначально фраза относилась ко временам, когда северное царство Израиля было разрушено и его население изгнано ассирийцами — время великой скорби о загубленных человеческих жизнях. Но Матфей видит в этом тексте «исполнение» пророчества о рождестве Иисуса. С этой точки зрения злодеяние Ирода выглядит исполнением Божьей воли, хотя ничто не указывает на то, чтобы это действительно была она. Это была просто человеческая жестокость высшей марки.
Но оставим младенцев. Картину полного ужаса дополняет печально известная история из девятнадцатой главы книги Судей Израилевых. В северной части страны в городе Ефреме жил человек из колена Левиина. У него была наложница — что-то вроде жены, только в более низком статусе — которая рассердилась на него, вероятно, по причине ненадлежащего обращения, и вернулась в отчий дом в Вифлееме, что в Иудее. Через четыре месяца человек отправился вслед, чтобы вернуть её, и перед совместным возвращением задержался в доме её отца на несколько дней. На обратном пути они искали ночлега в городке Гиве к северу от Иерусалима, в земле колена Вениаминова. Их заметил и принял в свой дом старик, оказавший должное гостеприимство.