– Мы предположили, что эти страницы взяты из известной книги, – пояснила я. – Вот из-за этой строчки.
Показав предложения, я уловила, как он едва слышно пробормотал: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог».
– Но то, что идет дальше, не из Иоанна, – я прижала к губам дрожащую ладонь, – а мы думали, что оттуда, поэтому и потратили столько усилий. Та страница была совсем другой, а мы… смотрели на нее слишком пристально, чтобы это заметить.
– Но я считал, что тут подразумевается перевод Библии.
– Наверное, когда-то и была такая цель, но это… это некий апокриф. Рош, возможно, работал над переводом библейских текстов на енохианский, но эта книга не из их числа. Она совершенно новая.
– Ты имеешь в виду, он переводил с енохианского.
– Или пытался, – добавила я. – Не могу поверить, что не заметила этого раньше. Отрывок, в котором упоминается Бог. Этот отрывок похож, но не точно такой же. Мы были слишком заняты, сравнивая фразы и отрывки, чтобы заметить общую закономерность.
– Это может оказаться просто очень плохой перевод.
Я улыбнулась:
– Такое тоже возможно.
– Тогда что там написано?
– Я не… – Я сглотнула, не желая признавать свое невежество. – Мы это выясним.
Он встретил мой взгляд и улыбнулся:
– Вместе.
В ту ночь мне приснился сон.
Я в великолепном саду. Воздух пахнет мятой, а земля юна и свежа.
На меня глядит человек, который является всем человечеством. Он не столько говорит, сколько приказывает. И сад подчиняется его воле.
Человек смотрит, как я стою в тени дерева с белыми змеистыми корнями. Я прислоняюсь к стволу, и меня окутывает его тепло. Я срываю с ветвей листья и читаю их, словно страницы книги.
Мир создан словами. И стоит только приглядеться внимательнее, я смогу их прочесть. Они текут по венам мира, написаны на его швах.
Слова говорят мне, что это дерево достигнет небес. Говорили, что нет ничего запретного. Говорят, что знание не может быть грехом.
Я облизываю губы, и они кажутся мне солеными.
Глава 33. Расплата на рынке
В случае возобновления хартии, к примеру, торговцы Ливерпуля, Манчестера, Глазго и других промышленных городов выступают за максимально возможную свободу торговли, независимо от интересов жителей доминионов компании или риска потери британских доходов, если свободная торговля вызовет размолвку с фейри.
С другой стороны, Компания Южных морей идет по противоположному пути – она делает все, что в ее силах, стараясь создать впечатление, будто безопасно торговать с Аркадией способны лишь ее представители. Однако общественность, зная о событиях, которые произошли со времени последнего возобновления хартии, не воспримет свидетельства от служащих компании без подозрений в их крайней пристрастности.
Когда хартия возобновлялась в последний раз, то, как и в настоящее время, был собран парламентский комитет; он должен был определить вероятность того, что за счет открытия портов Аркадии для частных торговцев значительно увеличится продажа английских товаров. По этому поводу все или почти все допрошенные служащие компании высказывали мнение, что расширить потребление британских товаров в Аркадии совершенно невозможно.[93]
Все потерянные вещи можно найти на рынках гоблинов. По крайней мере, так сказал нам мистер Бенджамин.
Как-то в воскресенье гном упомянул, что рынки гоблинов скоро откроются. Он начал с вопроса о разнице между глиняными птицами, которых в апокрифах создавал Христос, и теми, что продаются на рынках, и уже принялся выкладывать все, что помнил о поделках фейри, но тут брат Кэтрин Хелстон заговорил о том, что еще они продают.
– На самом деле все, – сказал мистер Бенджамин, поправляя очки на своем крючковатом носу, – и ничего. И что угодно. Торговать отвлеченными понятиями очень модно, хотя не слишком законно.
– Незаконно? – эхом отозвалась я.
– Не все сделки следует заключать, – гном улыбнулся, показывая круглые зубы, – вот они и таятся на краю света, глубоко в тумане. Где маятник не появляется над головой. Там или сумерки, или непроглядная ночь, – он преувеличенно передернулся. – Я много ездил, пока был рудокопом. Долгие часы легче скоротать со щепоткой мечты.
– А как насчет утраченных воспоминаний? – поинтересовался брат Кэтрин Хелстон.
– Будьте уверены, раз они утрачены. Все, что теряется, оказывается там.
– А рынки скоро появятся?
Мистер Бенджамин кивнул.
– Мы не можем покидать замок, – напомнила я. – Бледная Королева сказала…