А тюрьмой его назвали потому, считают они, что во времена господства Александра один из шахских принцев города Рея, из династии Кей, поднял мятеж и напал на Александра. Тот разгромил его, обратил в бегство, а военачальников, происходивших из знатных иранских семей, захватил в плен и заточил их в тюрьму. После ухода Александра узники поладили со стражей, добились послаблений, стали рыть подземные каналы, и постепенно это поселение превратилось в современный город Йезд.»
Каждый, кому пришлось хоть и мельком, как нам, видеть город йезд и старательных йездцев, согласится, что йездцы, конечно, происходят от тех самых иранских военачальников из знатных семей, которые подняли восстание против могущественнейшего покорителя мира и его приспешников. А потом, будучи брошенными в тюрьму, поладили со стражей, но не для того, чтобы бежать из этих диких мест, а для того, чтобы благоустроить и заселить пустыню.
Первым делом узники прорыли оросительные каналы, возделали почву, а потом построили жилища и наладили ткацкое ремесло. Они построили свой город без укреплений, прямо в степи. Можно смело сказать, что дракон пустыни с огнедышащим зевом после битвы с йездцами всегда оказывается побежденным. Йездцы не боятся безбрежной пустыни. Из опыта знают, что только непрерывным трудом можно одержать верх над ее просторами.
До Йезда оставалось около тридцати — сорока километров, а кругом, куда ни посмотришь, тянулись пески пустыни, тронутые рукой человека. Казалось, будто йездцы тысячелетиями в поисках драгоценного клада день и ночь рыли сыпучие пески пустыни. Холмы, ямы, рвы, расселины, бугры, гребни тянутся на протяжении сотен километров вокруг йезда. Они ослабляют мощь пустыни и сводят на нет ее господство. Будто многочисленное войско дружно выступило в поход, вооруженное сотнями тысяч лопат, и вонзило их в грудь пустыни, взрыло тучи песка и шаг за шагом двигало эти груды земли, до тех пор пока не достигло намеченного рубежа. Тогда на эти горы песка и щебня хлынули потоки воды, подобные валам реки Карун, и превратили все вокруг в месиво глины. Из этого моря глины возник город Йезд. Только землетрясение, рвущее на куски гранит, могло породить весь этот хаос построек на гладкой коре пустыни.
Город йезд поистине столица пустыни, йездцы не раз учиняли набеги на нее и отвоевывали новые земли у песков. Это, бесспорно, величайшая победа йездцев. Если йездцы не любят говорить об этом, то только потому, что они не разговорчивы по натуре. Терпеливо-упорные, они своими натруженными руками завоевали право быть неограниченными властелинами пустыни.
Колеса машины; коснувшись асфальта первого же проспекта йезда, покатили мягко, без толчков. Страха перед опасной дорогой как не бывало. Грудь дышит свободнее, и мы ощущаем пьянящее чувство уверенности и спокойствия, разливающееся по сжатым в комок нервам. Такую уверенность чувствует заблудившийся ребенок, когда после долгого скитания его ручонка вновь покоится в теплой и надежной ладони отца.
Столица пустыни тихо и неторопливо готовилась к празднику. По проспекту Пехлеви колыхалось море велосипедов. Улицы и проспекты йезда превратились в велосипедный трек. Молодой ахунд[79], купец, зеленщик, студент, поэт, кяризник, адвокат — все были на велосипедах и ехали рядами. Автомашина казалась на этих улицах диковиной и должна была сдерживать ход. Город, который жил спокойной, размеренной жизнью, отвергал любой вид поспешности, торопливости. Велосипеду нужно было совершить чудо, чтобы утвердить право на существование в цепи обычаев йезда. Толпы велосипедов в этом городе напоминали европейцу улицы Амстердама, с той лишь разницей, что в Амстердаме только дважды в день, в определенные часы, вырастал лес велосипедов, а в Йезде веломашины двигались по улицам с утра до вечера.
Столица пустыни Ирана и в другом отношении напоминает голландский Амстердам. И даже превосходит его. Население Амстердама постоянно воюет с Атлантическим океаном, вырывая у него куски суши. Жители йезда сражаются с песками пустыни и добывают в них драгоценную влагу.
Дом, в котором мы остановились, когда-то назывался гостиницей «Администрации 4-го пункта»[80], и история его такова. Появление в столице пустыни американцев вызвало необходимость постройки для них гостиницы. За городом отыскали небольшой сад и назвали его гостиницей «Администрации 4-го пункта». Спустя некоторое время, когда сотрудникам этого учреждения надоело бездельничать среди трудолюбивых йездцев, они назвали городом это бесплодное место пустыни и покинули его. А там нашелся некий умник из местных, присох к этой постройке и стал величать «американское наследство» гостиницей прежнего 4-го пункта. Чем непонятнее и замысловатее название, тем сильнее ажиотаж у приезжих тегеранцев, тем больше они оставляют в таком отеле денег.
80
19 октября 1950 года иранское правительство заключило с правительством США соглашение о распространении на Иран 4-го пункта программы Трумэна, рассчитанной на предоставление так называемой технической «помощи» слаборазвитым странам.