Выбрать главу

Кто-то негромко вскрикнул, и в то же мгновение Кремнев почувствовал, как что-то обожгло ему лоб.

Из царапины хлынула горячая кровь и залила Егору левый глаз.

Егор чертыхнулся и вытер глаз рукавом куртки.

— Эй, парни! — снова крикнул он. — Может, выпьем по глотку виски и разойдемся по домам?!

Ответом ему был шквал выстрелов.

— Ну что ж… — пробормотал Егор, осматривая своды ангара и поднявшиеся до потолка ряды деревянных ящиков. — Значит, придется положиться на судьбу.

Тянуть время не имело смысла. Кремнев дождался, пока отзвучит эхо выстрелов, поудобнее перехватил кейс, перекрестился и рванул к ближайшей груде ящиков.

В считаные секунды Егор взлетел по ящикам наверх, как по ступенькам, перепрыгнул на соседний ряд, оттолкнулся ногой от края «пирамиды» и взмыл в воздух.

Пули просвистели совсем рядом с его лицом, а в следующее мгновение Егор уцепился пальцами за край окна, больно ударившись животом и грудью о железную стену ангара, затем резко подтянулся на руках и — вывалился в окно.

Падение с шестиметровой высоты могло окончиться плачевно, если бы Егор не успел сгруппироваться. По счастью, обошлось без травм.

Егор вскочил на ноги, подбежал к припаркованной поблизости бежевой «мазде», распахнул дверцу и направил на водителя пистолет.

На лице водителя отобразился ужас. Он быстро вскинул руки вверх и поспешно выбрался из салона.

— Благодарю вас, сэр! — улыбнулся ему Кремнев и прыгнул в машину.

Когда наемники выскочили из ангара, бежевая «мазда» уже набирала скорость. Наемники вскинули пистолеты и открыли по машине стрельбу, но, к счастью для Егора, он был уже далеко, и ни одна из пуль не достигла цели.

Часть первая

1

«Боинг» набрал высоту, и перегрузки наконец-то сошли на нет. Алексей Андреевич Медведев взглянул на свою юную жену и улыбнулся. Даже сейчас, бледная, усталая после бессонной ночи, она была необыкновенно красива.

Покосившись направо, он увидел чернявого усатого мужчину, который не сводил взгляда с Ирины. Медведев почувствовал укол ревности, но вместе с тем и удовольствие. Ему было приятно, что мужчины заглядываются на его жену.

«Должно быть, он думает, что она моя дочь», — с усмешкой подумал Алексей Андреевич. Впрочем, в усмешке его было столько же юмора, сколько и горечи.

— Леш, — позвала с соседнего кресла Ирина.

— Что, милая?

— Я хочу шампанского.

— Сейчас будет.

Медведев подозвал стюардессу:

— У вас есть хорошее шампанское?

— «Моет» вас устроит?

Алексей Андреевич взглянул на жену:

— Милая, нас устроит «моет»?

— Вполне, — кивнула Ирина.

Медведев перевел взгляд на стюардессу и с улыбкой проговорил:

— Нас устроит.

Стюардесса, приветливо улыбнувшись, удалилась за шампанским, а Медведев обнял хрупкие плечи жены и тихо воскликнул:

— Ох, Иришка, теперь мы заживем! Каждый месяц буду возить тебя к морю!

Ирина откинула со лба темно-каштановую прядку и лукаво проговорила:

— Ловлю тебя на слове.

Медведев на секунду задумался и вдруг тряхнул лысоватой головой.

— Нет, — твердо сказал он, — лучше я куплю тебе дом. Уютный двухэтажный домик на берегу Средиземного моря. Ты ведь моя принцесса. А принцессе нужен свой дворец.

Ирина благодарно посмотрела на мужа.

— Ты мой король! — проворковала она. — Ума не приложу, как ты решился уйти от своей клуши.

По лицу Медведева пробежала тень. Он сдвинул брови и тихо сказал:

— Прошу тебя, не надо так о ней.

Ирина наморщила носик и пожала плечами:

— Но ты ведь никогда ее не любил.

— Да, но я этого не знал. Когда-то мне казалось, что я любил ее.

— Разве такое бывает?

Алексей Андреевич улыбнулся:

— Сплошь и рядом. Люди думают, что любят друг друга, а это просто симпатия. Через пару лет симпатия переходит в привычку, и с этой привычкой люди живут десятилетия.

Он вздохнул и добавил:

— К сожалению, я слишком поздно понял, что такое настоящая любовь. Хотя почему поздно? — Медведев улыбнулся: — Мы ведь вместе. И я не так уж стар!

— Ты совсем не стар, — заверила его Ирина. — И потом, мне всегда нравились зрелые Мужчины.

— Такие, как я?

Ирина усмехнулась:

— Не совсем. Для моего идеала ты слишком молод. Мужчина становится по-настоящему привлекателен только после пятидесяти. А тебе всего сорок шесть.