Он поморщился, дрожь в голосе и готовность зарыдать ему явно не понравились.
– Если уж искал, так имею к вам дело. Предложение.
– И зачем требовалось держать меня здесь? Время дорого при любой болезни. Надеюсь, успеем. Я всегда счастлив помочь Храму Солнца! – закричал с энтузиазмом. – Кто болен? Священник в Серкане? Немедленно выезжаю!
– Стоп! – приказал Высматривающий. – Прекратите ломать комедию!
– Почему комедию? – удивился и захлопал глазами. – Я всегда к вашим услугам. Пусть тебе, пренебрегший вежливостью и не пожелавший представиться благодетель, называющий себя посланником Храма и при этом забывший обрить голову, всегда светит Солнце, и дождь вовремя выпадает к твоим ногам. – Уф, вздохнул, переводя дыхание. Такая длинная фраза! – Я внимательно слушаю.
– Меня зовут Талмат, я Высматривающий из Храма Солнца в Карунасе.
– Я…
– Прекрасно знаю. Именно вы мне и нужны. Придется проехать со мной в столицу.
– Зачем? – на этот раз без всякой игры с недоумением поинтересовался у него. Очень неожиданно прозвучало. Случалось, меня приглашали под покровом ночи, не желая информировать завистников о недомогании, но Высматривающий, гоняющийся за лекарем, да еще привлекший чуть ли не полк егерей, чтобы позвать в дальние края, это очень оригинально. О таком слышал впервые.
– Уж где-где, а там хватает и магов, и лекарей. Я не настолько страдаю повышенным самомнением, чтобы утверждать, что лекаря лучше меня не существует. Могу назвать имена очень недурных, проживающих гораздо ближе к столице. И чтобы пригласить их, совершенно не требуется Высматривающий.
– На месте все объяснят.
– Извините, я свободный человек, и никому не обязан верить на слово. Закон есть закон. Но надо мной нет покровителя. Я никому не клиент[1], и не обязан отправляться вопреки своей воле куда бы то ни было.
– А император?
– О! Это другое дело! У вас есть приказ, предписывающий мне прибыть в Карунас? Кем подписан?
Талмат хмыкнул. Естественно, никаких бумаг при нем не было. Стал бы он крутить свои подозрительные кренделя, имей на руках хоть что-то. Да пришли бы домой к Выраю и продемонстрировали официальный указ из дворца, и сам бы я прибежал в порт к ожидающему отплытия кораблю. Правда, на самом деле как раз и не пришел бы, а спрятался бы получше. Не почуял сразу, насколько воняет, а то бы никогда не нашли, но это объяснять ни к чему.
– А других способов воздействовать на вас, кроме приказа, не имеется? Скажем, ваша ученица?
– Это становится занимательным, – согласился с ним. – Заставить сотрудничать под пытками. Она мне не жена и не дочь. Я опекун. Неприятно, но как-нибудь переживу. Можно еще и меня потыкать острыми железками. Совершенно верно, мне будет больно, и я даже соглашусь следовать за вами. Одна проблема, боюсь, что заставлять лекаря лечить человека насильно – опасно. Я ведь чисто из вредности доведу больного до могилы. Есть разные любопытные способы, и отсрочить приход смерти знающему человеку тоже несложно. Не под ножом умрет и совсем от другой причины. А что потом будет, не особо важно. Я давно не мальчик и найду, что говорить в свое оправдание.
– Откровенно.
– Я – да, я вполне откровенен. Терять особо нечего. От вас пока не услышал ни слова по делу. Есть ведь и другой вариант. Не жизнь спасать меня приглашают, а отправить неудобного человека в гости к Солнцу, не дожидаясь его естественной смерти. Кому-то понадобился незнакомый яд. И этот кто-то достаточно могущественный, чтобы отправить за мной Высматривающего высокого уровня, – достаточно прозрачно намекнул я на внутрихрамовые дела: приходилось слышать имя Талмата, хоть мы и провинциалы. – Вот не желает он иметь дело с постоянными лекарями в Карунасе. Напрашивается вопрос о не менее могущественном враге и его родственниках. Они в обязательном порядке займутся поиском отравителя и изготовителя сей гадости. В таком случае меня так или иначе сразу после выполнения заказа будет ждать убийца. Зачем пославшему вас свидетель? Спасибо, мне и так хорошо. Интриги высшего общества не для меня. Я человек маленький и хочу дожить свою жизнь спокойно.
– Поехать все-таки придется.
– Зовите кузнеца с цепями, – с готовностью протянул руки.
– Я обещаю, – никто не заставит вас совершать поступки, – он на мгновение запнулся, – идущие вразрез с совестью и честью. Лечить, возможно, придется, но точно не высокопоставленных жрецов и чиновников. Более того, я обещаю, если предложение не понравится, вы свободно уйдете. Впрочем… хм… наведя справки о вас, представляю вашу реакцию.