США вынуждены были ограничить себя в численности баллистических ракет (с разделяемыми головными частями не более 1200 единиц), в численности крылатых ракет (не более 3000 авиационных крылатых ракет, новые носители не могли переоборудоваться из существующих транспортных самолетов). Общее число носителей ядерного оружия фиксировалось цифрой 2250. Согласно протоколу к Договору ОСВ‑2, запрещалось развертывание крылатых ракет наземного и морского базирования дальностью свыше 600 км. Встреченная администрацией Дж. Картера оппозиция, а затем и изменение соотношения сил в самой администрации воспрепятствовали ратификации Договора ОСВ‑2, он так и не получил силы закона. Однако договор не стал фикцией, обе стороны — СССР и США — заявили о том, что будут соблюдать его положения до тех пор, пока на нарушение его положений не пойдет противостоящая сторона.
2. Примирение с идеей равенства с кем бы то ни было всегда было сложной задачей для США, где все послевоенное поколение выросло в обстановке безусловной веры в неограниченное американское превосходство во всем, не говоря уже об области технологии. Поэтому признанию реальностей в мире сопутствовали попытки выйти из «заколдованного круга», суметь получить первенство, достичь недостижимых граней, обеспечить превосходство на любом рубеже. В годы президентства Картера эти попытки шли параллельно с признанием факта примерного равенства. В самом начале деятельности администрации Дж. Картера было принято решение о создании средств поражения космических объектов — спутников. Известно, что спутники обеспечивают информацией СССР и США, что позволило, помимо прочего, выработать соглашения ОСВ‑1 и ОСВ‑2, проверяемые национальными средствами. Подготовка к поражению этих критически важных контрольных устройств не могла интерпретироваться иначе, чем подготовка к созданию ситуации возможности первого удара. В июне 1977 г. президент Дж. Картер принял решение о переоснащении межконтинентальных баллистических ракет «Минитмен‑3» новыми многозарядными боеголовками МК‑12А, что сразу значительно увеличивало стратегический потенциал США. Эта сторона политики Дж. Картера в области ядерных вооружений нашла наиболее полное выражение в определяющем цели ядерного поражения в СССР так называемом «Едином интегрированном плане распределения целей» (СИОП‑5Д). Согласно этому плану, число целей в СССР увеличивалось с 25 до 40 тыс.
Первый годовой военный бюджет при Картере равнялся 113 млрд долл., последний — 180 млрд долл. Администрацией Картера были ускорены работы над новыми стратегическими и обычными вооружениями. Наиболее существенные среди них: качественно новые по своим боевым данным ракеты подводных лодок «Трайдент‑2», новые межконтинентальные баллистические ракеты MX. Первый же военный бюджет демократов (на 1977/78 фин. год) давал дополнительные 450 млн долл, на разработку крылатых ракет и самолетов–носителей. Было запланировано создание 14 подводных лодок типа «Огайо» до 1989 г. (три лодки в два года).
Продолжалось наращивание обычных вооружений. Согласно заданию, данному президентом Картером 20 февраля 1977 г. межведомственной группе по анализу советско–американских отношений и существующего глобального стратегического баланса, президентская директива № 18 определила рост обычных вооруженных сил США на последующие годы: число сухопутных дивизий было увеличено с 13 до 16. США постарались укрепить свои военные позиции прежде всего в развитых западных странах. Впервые почти за 20 лет произошло увеличение американского контингента в Западной Европе (на 20 тыс. человек), увеличены были и силы, расположенные в США и предназначенные для переброски в Западную Европу. На сессии совета НАТО в мае 1978 г. была принята пятнадцатилетняя программа военного роста НАТО. Речь шла, прежде всего, о примерно 100 программах общей стоимостью около 90 млрд долл.[278].
Итак, с одной стороны, администрация Картера признала стабильность стратегического паритета и пошла на подписание Договора ОСВ‑2, его фиксирующего. С другой стороны, наращивание обычных и ядерных вооружений не могло быть интерпретировано иначе, как стремление изменить этот паритет в свою пользу. В период президентства Картера советско–американские отношения еще определенное время развивались как бы «по инерции», но лишенные трилатералистами прежнего внимания (1977–1979 гг.), а затем, в последний год правления Дж. Картера — после вхождения советских войск в Афганистан, — эти отношения значительно ухудшились.