Поэмы. Драмы

Тимофан

Итак, я здесь, здесь должен бросить все:
Святую родину, святых пенатов,
Отца, чад наших, матерь и тебя!

Аглая

Меня? — Нет, нет! не разлучусь с тобою,
Я разделю изгнание твое!
Я стану облегчать твои страданья,
Я буду в перси принимать твой стон,
Во все твои я вслушаюсь желанья,
Нет! В мире будет мне один закон —
Угадывать твою, о милый! волю;
И нареку мою завидной долю,
Когда до смерти буду пред тобой
Женой угодной, верною рабой!
И дети, друг, нас дети не покинут!
Своих младенцев позовем с собой,
Да к нам сердца их вчуже не остынут!
Их выведем заботливой рукой,
Их, пестунов нежнейшего союза!
Так из Пергама исходил Эней,[180]
Так за героем шла его Креуза:
Но я — я не лишусь твоих очей,
Я буду счастливей в любви своей!

Тимофан

И старца, твоего отца, оставить
Решишься ты? Его давно ли мне
В моем раздоре с ним предпочитала?

Аглая

Я на изгнанника его взирала,
В тебе я зрела мощного царя:
Гонимый друг нам должен быть дороже!
Но, Тимофан, днесь изгнан будешь ты
И сир! В душе нуждаться будешь близкой
В стране, где веет воздух неродной!
Но нет, и там, в чужбине, в доле низкой
Еще ты встретишь радость и покой:
Возделаешь ли сильною сохой
Близ нашей хижины святое поле,
Или к тебе пришельца приведут,
Кого в радушный пригласишь приют,
Или, не восхотя работать боле,
В кругу малюток наших отдохнешь,
Беспечно на груди моей заснешь, —
Блаженней будешь ты, чем на престоле,
О милый друг! блаженней во сто крат,
Чем средь угрюмых, царственных палат!

Тимофан

Волшебница! Почто я в жизни бурной
Не чаще жадно мог внимать тебе!
Не в столь гремящей, в сладостной судьбе,
Под синевой прекрасной и лазурной
Все дни мои спокойно бы текли.
Мучительный, крылатый призрак славы
Я не помыслил бы ловить вдали!
Но поздно! Ах! Вкусив его отравы,
Уже я рок не в силах одолеть!
Погибнуть должно мне или блестеть
Сияньем начинаний дерзновенных,
Безмолвствовать народам повелеть
И ослепить потомков изумленных!