Поэмы. Драмы

Один из слушателей

Уста кумиров в день конечный,
Когда разгонит ложь и тьму
Святое солнце правды вечной,

Творцу промолвят своему:
«Твои мы, Аллы подражатель!
Твои мы: узнаешь ли? зри!
Ты дал нам тело, наш создатель,
Нам ныне душу сотвори!»

Другой

И грешник от лица господня
Тогда, трепеща, побежит:
Но гром суда его сразит
И с смехом примет преисподня.

Рассказчик

«Подобно истуканам сим,
О коих на вопрос пророка
(Да будет слава Аллы с ним!)
Принес благим сынам востока
Седьмую суру Серафим,[70]
Стояли стражи. Хуже казни
Для грека тишину хранить:
Вся жизнь их разговоров нить;
Так наконец же, полн боязни,
Прервал безмолвье юный грек
И с шепотом клевретам рек:
«Напишем, други, каждый слово,
И сердце каждого в своем
Да будет смело и готово
Пред царским устоять лицом;
И на того, кто превозможет,
Чей мощный, веса полный стих
Стихи клевретов уничтожит,
Властитель Дара сам возложит
Единую из риз своих ..
Так! верьте мне: щедротой дивной
Великий царь почтит его;
Счастливцу дастся торжество;
Украшен многоценной гривной,
Виссонный вознося кидар,
Блестя, сияя, словно жар,
Он в колеснице златовидной
Народным явится очам;
В устах и зависти постыдной
Конца не будет похвалам;
Блажимый севером и югом,
В градах, в чужбине, средь степей
Он ради мудрости своей
Царевым наречется другом
И сродником царя царей».[71]
И вняли юноши клеврету,
И молча каждый из троих,
Благому следуя совету,
На свитке написал свой стих;
И свиток запечатан ими,
И, чуть дыша, один из них,
Избранный братьями своими,
Как дух бесплотный скор и тих,
В ложницу входит. Сном же здравья,
Усталости отрадным сном,
Парящим редко над челом,
Одетым в блеск самодержавья,
Спал царь; и под парчу возглавья
Посол клевретов свиток их
Кладет — и вышел из ложницы,
Быстрее поднебесной птицы
И как весны дыханье тих.
«Увидит царь царей писанье —
И возгорится в нем желанье
Нас искусить в словесной пре,
И мы сразимся при царе,
И в силу оного устава,
Которым искони была
Иранских властелей держава
Во всей подсолнечной светла,
Тот в битве сей увенчан будет,
Победу стяжет тот из нас,
Кому ее сам царь и глас
Трех избранных вельмож присудит». —
Так юноши между собой
Вещают, к сладостной победе
Летят кипящею душой
И ставят грань своей беседе», —