Каждая мышца напряжена,
Кровь твоя зажжена
Пламенем боя.
Опьяненный борьбою,
Ты наступаешь.
Эсса! Эсса!
Как ты прекрасен,
Мой черный борец,
Когда выпрямляешься в полный рост
И противник превосходящего веса
От земли оторван и наконец
Повержен на спину.
Эсса! Эсса!
Народ мой — могучий атлет!
Ты должен
Уничтожить извилистый след
Смертоносного гада;
Не скроют его ни трава, ни чащи,
Ударит в глаза ему свет слепящий,
Свет свободы,
Свет возрожденной
земли.
Служака
Перевод А. Ревича
— Отпусти меня,
Черный солдат,
Не забирай
В тюрьму.
Послушай,
Годишься ты мне
В сыновья.
— Белый мне приказал
Забрать
И отца
И мать.
Не отпущу.
— Отпусти меня,
Черный солдат,
Послушай,
Ведь ты —
Мой брат.
Маленького
Мне надо кормить,
Он вырастет —
Будет большой,
Как ты.
Отпусти!
— Я тебя заберу.
Мне белый велел:
«Брата,
Сына,
Родного отца
Забери!»
Белый
Лычку мне обещал
На погон.
Я тебя заберу.
— Отпусти меня,
Черный солдат,
Ты мог бы
Моим возлюбленным
Стать.
Бедра мои
Стройны,
Нежны,
Ты радость жизни
Познаешь со мной.
Какая власть
Сильнее, чем страсть?
— Не отпущу.
Мне белый сказал:
«Насилуй,
как я,
Грабь,
как я,
Бей хлыстом,
Убивай,
как я.
Это нравится неграм».
Не отпущу.
— Ты можешь забрать меня,
Черный солдат,
Раз белый тебе велел
Негров сажать в тюрьму.
А если прикажет он
Забрать
Наши мысли в тюрьму,
Наш гнев,
Быть может,
Саму
Жизнь?!
ФРАНСУА СЕНГАТ-КУО[137]
На первом листе
Перевод Э. Ананиашвили
Слова выстроенные в ряд
будничны и бесцветны
но порой они разворачиваются радугой
в грозовом сверкании молний
нанизанные как монисто из ракушек
на нитку радостей и невзгод
подхваченные стремительными волнами
и тогда они становятся поэзией
Слова тотемы[138]
Перевод Э. Ананиашвили
Леопольду Седару Сенгору
О склонить курчавую голову над гладью беспредельного моря
Черное тело прими крещенье в белопенной купели
пронесись по немой каменистой пустыне книг
замурованной в вечном глухом молчании
растопить снега всего мира в своей ладони
и припав пить и пить большими жадными глотками
а горло стиснуто жгучей жаждой а в сердце
истерзанном взлетающей стаею сожалений
властный призыв царственных пальм моей родины
неумолчные раскаты гулкого тамтама
слова тотемы везде под любыми широтами
в них шепот тайн доступных ушам посвященных
ястребы в поднебесье рисуют иероглифы
родники поют журча колдовские песни
в долинах не орошенных моими потом и кровью
я участник празднества мне дано отведать плодов
чуждого дерева глубоки ли корни его я не знаю
чьи кости чей прах питают его живительным соком
не может дерево устремиться ввысь к небу и солнцу
не ухватившись прочно корнями за материнскую землю
не смочив своих стоп в подземной влаге могил
о эта жажда что стиснула мне пересохшее горло
в сердце истерзанном взлетающей стаею сожалений
о этот властный призыв пальм моей родины
и немолчные раскаты гулкого тамтама
ко мне мои тотемы ко мне тотемы моего детства
все вы спящие в потайных углах моей памяти
в красных тельцах моей крови и темных клеточках моей кожи
вы залог святого союза между мной и мертвыми предками
вы свет закатного часа и вы обещанье зари
снова у меня в руках ключи от волшебных снов
слова тотемы везде под всеми широтами
да будет утолена моя жажда прозрачностью ваших знаков
К маске
Перевод Э. Ананиашвили
Маска колдовской лик хранитель моей деревни
я приветствую тебя как петух встречает песней зарю
и как блудный сын исповедуюсь в моей измене
Мне говорили о маска в мои ребяческие года
будто в извечном взгляде твоем таится адский огонь
будто древняя улыбка твоя гримаса проклятья
будто ты воплощенье обмана смятенья хаоса
Маска я оставил тебя на краю дороги
так усталый путник сбрасывает с плеч громоздкого идола
вот молитва моя голос тревоги в преддверии ночи
Великие Повелители Книги Властители Закона
да будет царствие ваше наградой за мои скитания
Усталые ноги мои разбиты от долгого странствия
я прихожу к тебе как из бесплодной окаменелой пустыни
в поисках тени жаждущий прохлады живых родников
я возвращаюсь к тебе маска с высоко поднятой головой
раскаты моего смеха гремят среди праздничного веселья
я вновь обрел тебя священная пуповина моего существа
ты прекрасна ты пронзаешь мне сердце своей человеческой правдой
в глубине твоих глаз горят солнца изначальных времен
и губы твои возвещают шепотом позабытые тайны
я знаю ты не конец ты начало и обновленье
о маска ты это я взирающий на меня
я приветствую тебя как петух встречает песней зарю
Если бы я был гриот
Перевод Э. Ананиашвили
вернуться
137
Франсуа Сенгат-Куо (псевдоним Франческо Ндитсуна) родился в 1931 году в Дуала (Камерун). Пишет по-французски. Стихи переведены впервые — из сборника стихов «Colliers de Cauris» («Ожерелье из раковин»), Paris, 1970.
вернуться
138