III (Дитя — Будущее)
Явилось дитя — Будущее.
Что это за дитя?
У него голова.
Какая она?
Оно пришло без зубов,
но с даром речи?
Погоди, пусть обретет форму,
солнечная игра не кончена.
Оно не плакало?
Оно еще не стало человеком.
Где твои Боги сейчас?
Боги Прошлого, которые
сотворили это чудовище?
Швырните его, швырните
в реку, и пусть русалки
завлекут его своими песнями.
Швырните его в Прошлое —
и пусть его поглотит пучина Прошлого,
и пусть Боги не забывают, что они в моих руках.
Терпение, человече, терпение.
Игра не окончена,
п повитуха-луна, сжимая в руках дитя,
поднимается на вершине тьмы
к небесному оку.
Не хочу больше слышать про повитуху-луну!
Не хочу больше слышать про изнанку чрева!
Терпение, говорю вам, терпение.
И вымотавшееся солнце слезает,
слезает по пылающей лестнице,
чтобы вновь обрести свою мощь, свою власть
у дыма очагов.
Итак, не отвергай Прошлое
и откажись от своего дитяти — Будущего,
покуда солнце не закончит своей игры,
Прошлое — своего творящего танца,
русалки — своей влажной песни,
а повитуха-луна — своего восхода.
Спи спокойно и грезь,
потому что солнце взойдет, распевая,
а повитуха-луна зайдет, улыбаясь,
и вручит твоим грезам
дитя, человеческое дитя, которое не обожжет твоих рук.
Поэтому не будем больше рыбачить.
Правь каноэ к нашим очагам,
и давай согреемся
песнями Прошлого и песнями
наступающего Будущего,
переплетенных, словно волокна, в наших душах,
в ожидании повитухи-луны.
IV (Родильный танец)
Пусть спляшут ноги,
ведомые вчерашнему дню,
и споет голос,
рвущийся в завтра!
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
Выпьем и спляшем.
Пусть пальмовое вино
хлынет, как Нигер,
и стегнет по ногам,
и тряхнет землю.
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
Ноги, знайте,
куда вам шагать.
И, голос, знай,
как звучать.
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
Спляшем в ритмах,
присущих Будущему,
разбудим мертвых песней и пляской,
сокрушим все, что нам перечит.
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
Заквасим наш танец
Будущего на ритмах
Прошлого и усилим
хрупкие новые песни
песнями русалок.
Вращай же глазами,
качай бедрами
перед Прошлым и Будущим,
возвысь голос
до ока неба
в песнях высоких и сильных.
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
Вот вино и песня
ударили нам в голову;
и голос взмыл к небу,
полируя луну и солнце.
Пусть ритм изменился,
но только не тема —
води круг,
пой в кругу,
бей ногами
в круглые барабаны.
Танцуй в кругу
бесконечные танцы,
пой в кругу
без конца, без начала.
Ни конца, ни начала,
мы пляшем и пляшем
для наступающих Будущих,
для проходящих Будущих
без конца, без начала.
Танцуй же танец,
меняй свой шаг,
меняй свои песни,
обуздывай шаг,
обуздывай песни,
переменчивые ритмом,
покуда песня, и танец,
и бой барабана
в одно не сольются,
чтоб от озорства
удержать великое дитя — Будущее.
Споем и спляшем
в бесконечных кругах,
покуда песня и пляска
не сольются с барабанным боем.
Пляши, пляши.
Твои мышцы дрожат,
твои пальцы трепещут,
вдохновленные пляской,
вдохновленные Будущим.
Спляшем, споем,
споем и спляшем,
потому что великое дитя — Будущее —
приходит, пришло.
V
Празднества кончены,
но эхо в округе
воет харматтаном,
ураган швыряется пылью,
руки закрывают лица,
ноги бредут на ощупь.
Празднества кончены.
Барабаны лежат спокойно, ожидающе, молчаливо.
А плясуны рассеиваются, передвигая ноги,
узнавшие многие танцы,
в ожидании следующего танца;
расходятся, и сердце подгоняет их ноги
к дому, и пальмовое вино
уходит из мозгов, чтобы обосноваться в желудках.
Их тела остывают, покинутые духом танца,
их лица открыты.
А дитя — Будущее — лежит на коленях,
сосет огромную грудь Прошлого,
распевает новейшие колыбельные,
от которых у нас гудит в голове.
И мы учимся песням получужим, полузнакомым,
мы учимся отплясывать получужие, полузнакомые
ритмы, рожденные в грезах, покуда дитя — Будущее —
спит с сосцами во рту.
КРИСТОФЕР ОКИГБО[291]
Морская дева
Перевод Андрея Сергеева
Светлая,
ослепляя грудью, как львица,
она говорит со мной,
окруженная белым сияньем.
Волны провожают ее,
мою львицу,
увенчанную лунным светом.
вернуться
291
Кристофер Окигбо (1932–1967). Родился в Оджото. Окончил классический колледж Ибаданского университета. Работал в библиотеке университета в Нсукка, являлся представителем кембриджского университетского издательства в Нигерии. Писал по-английски. Стихи взяты из сборника «Поэты Нигерии».