Мерещится мне дождь
Перевод А. Ибрагимова
Мерещится мне дождь,
который от иссохнувшего нёба
отслаивает языки,
отяжеленные познаньем.
Я видел, как зола
взметнулась облаком внезапным.
Потом осела серым кругом. Посреди —
кружился дух смятенный.
Пускай струится дождь,
с души смывая путы,
что вяжут непонятною тоской
и учат чистоте печали.
Как он сечет
прозрачность, окрыленную желаньем,
и в огненной купели опаляет
стремления, окутанные мглой!
О тростники дождя,
дарующие щедрый урожай, —
с моей землей спрягаясь,
вы обнажаете осколки скал.
Пора спелости
Перевод А. Ибрагимова
Ржавчина — это спелость, ржавчина
и поникший плюмаж колосьев.
Пыльца — это время спаривания, когда ласточки
выплетают танец
оперенных стрел
и нанизывают высокие стебли
на крылатые струи света. И мы,
мы с упоением слушаем
слитные речи ветров, слушаем
стоны в полях, где листья
остры, как бамбуковые лучинки.
И вот уже мы, амбарщики,
ожидаем ржавчины, чертим
длинные тени, окуриваем
сухие крыши. Груженые стебли
торжествуют над гибелью завязи —
мы ожидаем
исполнения обещания ржавчины.
Посвящается Мардж, негритянской певице
Нью-Йорк
Перевод Андрея Сергеева
Холодный безучастный виноград
Пророс в ночи;
Глубоко отозвался
Во вскрытых венах осени твой голос,
Соединивший воедино голоса
Людей, друг другу чуждых,
Топчущихся в страхе
На улицах, протоках темного вина,
Подрагивающего в ярких вспышках света, —
Тебе ли спрашивать, богиня,
Каков сегодня вкус вина?
Он черен,
Он черен, как рубцы глубоких ран,
Как обещанья новых бессловесных мук
И мутного разлива беззаконья.
Твой голос — одинокий вестник
Во тьме, струящий безразличное вино.
Первые седые волоски
Перевод Андрея Сергеева
Предгрозовые тучи, космы адской сажи,
Непроницаемый для пальцев света битум
На голове моей — глядите, сэр, — пока…
Впезапно, как ростки пшеницы за дождем,
Как вспышки молнии с москитный хоботок,
Как лихорадочный трезвон цикад на солнце, —
Три белых волоска! Три робких чужеземца,
Пронзили чашу черную, как змеи, вьются,
Заметные лишь в лупу, но потом — потом
Они захватят все! Так что ж, спеши, зима
Дешевой мудрости, лови в силки почета,
Вяжи ночной колпак в заплесневелых блестках!
Посвящается Мореми
В 1963 году
Перевод Андрея Сергеева
Земля не знает ужаса стропил:
Стропила рухнут, испугав геккона[305],
И треснет глинобитный пол, а брусья,
Изведав в почве смерть, найдут в ней жизнь, —
Как погребенный в поле клубень ямса,
Как корни баобаба, как огонь.
И воздух не предаст тебя. Как пальма,
Клонись в грозу, по помни, что топор,
Губя леса, дает дорогу белкам.
Будь вечной, словно темная трясина;
Пусть ливни, а не пятки чужеземца
Оставят на тебе свой влажный след.
В полдневный зной себя укутай тенью,
А ночью не страшись нагих небес.
От перца изогнется твой язык,
Как скорпионов хвост, — ужаль опасность,
Но с голубем не бойся ворковать
И на губах храни росу рассвета.
Вооружись колючками, как роза,
Дитя, надень, как дерево, броню
И знай, что плоть твоя должна струиться,
Как пальмовое масло, как вино,
Не иссякая, чтоб в твоем потомстве
Мы пили мед и молоко земли,
Опять прельстясь Адамовым ребром,
Пей мед сама, наполнись им, как соты, —
Ты горечи хлебнешь еще, дитя.
Зардевшись сердцем, помни: белый мел
Оставит на тебе следы позора.
С восходом солнца ощути на коже
Соленый вкус спасительного пота,
Чтоб завтра не умыться солью слез.
И чистый дождь прими как дар богов,
И за него воздай им плодородьем.
В приливе чувств будь вольной, словно волны,
И смысл придай безжизненным пескам.
ФРЭНК АБИОДУН ЭГ-ИМУКХЕДЕ[306]
Одна жена для одного мужчины
Перевод А. Эппеля
Я не хожу в церковь, я не шляюсь по судам —
Там целыми днями бубнят о «новой культуре»,
Там треплются о «равноправии», кричат о «разводе»,
Там затвердили заповедь, от которой тошно:
Одна жена для одного мужчины.
У папаши моего папаши было множество жен,
И предок плевал на равноправие — ему хорошо!
У себя дома предок был господом богом.
Но кончилась лафа, едва появился белый,
А с ним —
Одна жена для одного мужчины.
Как не возгордиться вашей подруге,
Если она знает, что она у вас единственная?
Пусть все утверждают, что ей вредно рожать,
А я утверждаю, что только болван мог придумать —
Одна жена для одного мужчины.
вернуться
306
Фрэнк Абиодун Эг-Имукхеде родился в 1935 году близ Ифе. Учился в колледже Игбоби и университетском колледже в Ибадане, где принимал участие в издании журнала «Рог». Работал в лагосской радиокорпорации и репортером в «Дейли экспресс». Служил в министерстве информации в Ибадане. Пишет по-английски. Стихотворение переведено впервые из «Modern Poetry from Africa».