ДЕНЬ БАБЬЕГО ЛЕТА В ПРЕРИИ
© Перевод А. Сергеев
В начале
Солнце — охотница резвая,
Красной сияет весной,
Солнце — индейская девушка
Из племени Иллиной.
Разгар утра
Солнце — пламя, ползущее
По прерии на окоем,
Чтобы ни кустик облачка
Не распустился дождем.
Полдень
Солнце — олень, умирающий,
На бледных горных лугах,
Золотые рога содрогаются,
В глазах страданье и страх.
Закат
Солнце — орел, дряхлеющий
В безветренной рыжей мгле,
Он строит гнездо багровое
В небесах, на духовной скале.
СТЕКЛА ФАБРИЧНЫЕ ВЕЧНО БИТЫ
© Перевод А. Сергеев
Стекла фабричные вечно биты:
Кто-то, оскалясь, швыряет в них,
Кто-то швыряет кирпич, булыжник,
Кто-то из роду йеху шальных.
Стекла фабричные вечно биты.
Прочие стекла тут ни при чем.
В светлые звонкие окна церкви
Разве запустит кто кирпичом?
Стекла фабричные вечно биты.
Что-то еще предстоит претерпеть.
Что-то неладно, я думаю, в Дании[42].
Кончил о стеклах фабричных петь.
ВСКОРМЛЕННЫЕ ЦВЕТАМИ БИЗОНЫ
© Перевод А. Сергеев
Вскормленные цветами бизоны
Давно миновавших лет
Мчались там, где грохочут вагоны
И цветов на прерии нет,
Там, где метались душистые травы,
Пшеница стоит стеной,
Поют свистками составы, составы
Сладкой доселе весной.
Вскормленные цветами бизоны
Давно миновавших лет
Отревели свое, отбодали свое,
Отрыскали по холмам свое,
И индейцев — кеду́ нет,
И черноногих нет.
ХИЛЬДА ДУЛИТЛ
ЗНОЙ
© Перевод И. Кашкин
Ветер, прорви этот зной,
врежься в него,
порви его на куски.
Плод не может упасть
сквозь плотный воздух —
плод не может упасть в зной,
который сдавил и плющит
острые груши
и круглит виноград.
Врежься в зной —
пропаши его,
отвали в обе стороны
твоей борозды.
ОРЕАДА
© Перевод А. Парин
Взвихрись, море,
взвихри огромные сосны свои,
островерхие сосны свои расплющь
на скользких утесах,
изрыгни свою червлень на нас
и засыпь нас запасами хвои лежалой.
САД
© Перевод И. Кашкин
Я видела, как упала
первая груша — и желтый рой
медосбирающий, густогудящий
не опередил меня
(сохрани нас от красоты)
и я распростерлась
в рыданиях:
ты, бичующий нас цветеньем,
сохрани нас от красоты
плодоносящих дерев.
Медосборщицы
не прервали полета,
воздух гремел их гуденьем,
и я лежала простертая.
О грубо выточенный
бог плодовых садов,
я приношу тебе жертву —
смилуйся, красоты лишенный
сын богов,
и сохрани нас от красоты:
вот эти опавшие орехи,
скинувшие свою зеленую кожуру,
виноградные лозы,
красно-багровые,
налитые сладким соком,
раскрывшиеся гранаты,
и созревший инжир,
и зреющую айву —
я приношу тебе в жертву.
ПЕСНЯ («Ты такой золотой…»)
© Перевод А. Парин
Ты такой золотой,
Как колос, слегка недозрелый, —
В нем блеск золотой загрубелый,
Белый, как дождь белый,
Который частит, не щадя,
По недораскрытым цветкам,
Сбившимся плотно в султаны
На толстых черных ветвях
Иллирийских низеньких яблонь.