Бросишь ли ты петь, если Мемфис рухнет,
Бросишь ли ты петь, брат? —
Буду петь, пока глотка не распухнет,
Буду бить по клавишам сто раз подряд,
По разбитым клавишам, о Господь!
Бросишь ли кирку, если Мемфис смоет,
Бросишь ли кирку, брат? —
Если смоет все, негр опять построит,
Но на этот раз уж пускай стоят
Белые громадины, о Господь!
Бросишь ли ты пить в ураганный ветер,
Бросишь ли ты пить, брат? —
Нет, опять в кабак я приду под вечер,
Налакаюсь так, что сам не рад, —
Брошу ли я пить, о Господь!
Бросишь ли ты карты, когда все сгинет,
Бросишь ли ты их, брат? —
Если кто-нибудь мне деньжат подкинет,
Если чудом стану я богат,
Все спущу до цента, о Господь!
III
Уцелеет Мемфис
Иль пойдет на дно,
Черным, как известно,
Все равно.
Простоит он тридцать
Или триста лет,
Нам с тобой, приятель,
Дела нет.
Станут прахом новые
Города,
Не оставив в памяти
Ни следа,
Только ветер, воя
На краю земли,
Будет петь по-прежнему
В их пыли.
СЛИМ В АДУ
© Перевод В. Британишский
I
Явился Слим на небеса,
С улыбкой, весел и бодр.
— Славный ты парень, ей-богу, Слим, —
С улыбкой сказал ему Петр.
— Ты шлялся, бродяга, всю свою жизнь,
Закончен земной твой путь,
Но можешь пошляться еще разок,
Прежде чем здесь отдохнуть.
А чтобы ноги свои поберечь,
Вот эти крылья приладь.
— Спасибо, Петр, — отвечает Слим
И улыбнулся опять.
— Послушай-ка, Слим, —
продолжает Петр, —
Ступай ты ко всем чертям.
Осмотришь ад и дашь мне отчет,
Чем занимаются там.
Запомни все, что увидишь в аду,
Как там, чего и где.
— Начальник, — Слим улыбнулся Петру, —
Все понято, будет сде.
Шикарные крылышки Слим получил,
Почти что как Линдберг Чарльз,
Которого «Дух Сент-Луиса»[105] нес
Километров по двести в час.
Слим тоже, как Линдберг, летел, летел —
Негде там было сесть,
Пока не увидел огромный ангар
С надписью: ЭТО ЗДЕСЬ.
Ступил на твердую почву Слим,
Аккуратно крылья сложил
И пошел пешком, как ходил всегда,
Пока на земле еще жил.
II
Огромные псы промчались, рыча,
И белые черти вслед —
Как Ниагарский водопад,
Шумя на весь тот свет.
Но Слим не струсил, вот те крест,
И шум затих вдали.
Как видно, белые черти в аду
Охоту на черных вели.
Большое здание на пути, —
Вошел, не робея, Слим.
С улыбкой дьявольской сам Сатана
Здоровается с ним:
— А, мистер Гриер, приветствую вас!
Вот уж нежданный гость!
Как вы попали в наши места?
Как это вам довелось?
— Я на минутку, — ответил Слим.
— Пожалуйста, очень рад,
Будьте как дома, вот вам ключи,
Милости просим в ад.
Сатана показал рукой вокруг —
Ей-богу, с ума сойдешь:
В аду творится сущий ад —
Шум, толкотня, галдеж.
Вокруг рулетки большая толпа
Толкается и бурлит,
Как будто это совсем не ад,
А просто Рампарт-стрит[106].
Потом Сатана показал ему
Притоны и кабаки, —
И Слиму вспомнился Нью-Орлеан
И Мемфис в былые деньки.
У каждого черта девица была,
У каждого по одной.
И Слим воскликнул: «Боже ты мой!»
И еще раз: «Боже ты мой!»
вернуться
105