Выбрать главу

Похождения Рокамболя.

Книга 3.

Клуб Червонных Валетов

I.

Однажды, около четырех часов вечера, по одной из дорог Нивернэ быстро ехала почтовая коляска. Это было в 184* году, осенью, то есть в конце октября. В это время года нет в мире страны прелестнее средней Франции, в особенности той части Нивернэ, которая прилегает к департаменту Ионны и составляет часть округа Кламеси.

Летний, темно-зеленый цвет пастбищ становится тогда нежнее и переходит почти в желтый, предвещающий приближение морозов, леса начинают терять листья, и огромные, меланхолические тополи, окаймляющие канал и реку Ионну, гнутся от дуновения первых северных ветров, однако воздух бывает тогда еще тепел и небо безоблачно; по утрам, полупрозрачный туман покрывает луга и болота и исчезает при восхождении солнца; вечером же он медленно спускается с вершин холмов и стелется длинными полосами по долинам, позлащенным последними лучами заходящего солнца.

Почтовая коляска, о которой идет речь, проезжала в это время по самым живописным и диким местам этой прекрасной страны: по долине, где протекает бесчисленными извилинами река и рядом с нею проходит канал.

Долина эта окружена двумя цепями холмов, покрытых обширными лесами, доходящими до Морвана. Местами, из-за мшистых скал и зеленых деревьев, корни которых омываются рекою, виднеются то живописная колокольня сельской церкви, то деревня с соломенными крышами. Порой появляются красивые развалины какого-нибудь феодального замка, случайно уцелевшего с 1793 г. Большая дорога расстилалась лентой по берегу канала, мимо домиков шлюзных служителей, мимо деревень, расположенных почти везде по косогорам, между дубовыми рощицами и виноградниками, и опоясанных зелеными лугами.

В открытой почтовой коляске, ехавшей по этой дороге, сидели Мужчина и женщина, а между ними красивый четырехлетний, белокурый и голубоглазый ребенок, болтавший без умолку, делавший разные вопросы отцу и матери и восхищавшийся звоном бубенчиков, привязанных к сбруе четырех сильных лошадей, тащивших коляску.

Отец ребенка был человек еще молодой, лет тридцати семи или восьми, высокий ростом, смуглый, с черными волосами и голубыми глазами.

Его несколько строгое лицо было чрезвычайно красиво и принимало почти юношеский вид, когда прекрасный ребенок устремлял на него свой взгляд, полный наивного любопытства и почтительного удивления, свойственного только раннему возрасту.

Матери было около двадцати пяти лет, она была белокура и немного бледна; ее улыбка выражала грусть, и она походила на ребенка, как распускавшаяся роза на бутон.

Ребенок сидел между отцом и матерью, которые придерживали его одной рукой, а их другие две руки были соединены позади его спины нежным пожатием.

Этот залог любви, казалось, продлил их медовый месяц, столь короткий для многих, но для них, по-видимому, нескончаемый.

Щегольской дорожный костюм путешественников и два лакея, сидевшие позади их коляски, доказывали их высокое положение в свете: это были граф и графиня де Кергац, возвращавшиеся из Италии в свое поместье Маньи-на-Ионне. Они намеревались провести там осень и возвратиться в Париж не ранее как в половине декабря.

Граф

и

графиня

де

Кергац

покинули

Париж

неделю

спустя

после

их

свадьбы

.

Очарование первой любви еще более усилилось от уединения на берегу моря в Сицилии, где ими была нанята вилла близ Палермо.

Они прожили там, под теплыми солнечными лучами и весенними ветрами, шесть месяцев; время, когда во Франции бывает холодно и туманно.

Затем они вернулись в Париж и поселились в отеле на улице св. Екатерины.

Но тут перемена воздуха и тяжелые воспоминания так губительно подействовали на здоровье Жанны де Кергац, что хрупкая молодая женщина сделалась серьезно больна, и доктора предписали ей вернуться в Сицилию.

Арман де Кергац, опасаясь за жизнь своей беременной жены, вернулся с нею опять в Сицилию.

Влияние климата не замедлило отразиться на ее здоровье.

Жанна опять поправилась и сделалась еще более красивой, более молодой, чем прежде. Здесь у них родился ребенок, и они прожили в благодатном климате Палермо больше трех лет, потому что граф не решался еще вернуться в Париж, этот страшный большой Вавилон.

Но в одно время,- когда в Сицилии, как и во всякой стране, было холодно и ненастно, они отправились путешествовать. Проехали почти всю Италию и, посетив Рим, Венецию и Флоренцию, направились во Францию через Варнский департамент, эту Италию в миниатюре.