– Алло?
Послышался мужской голос, полный усталости и раздражения.
Радостным тоном, таким неподходящим моему равнодушному выражению лица, я начал выполнение своего небольшого задания:
– Здравствуйте? Вы родственник Чон Гисук, верно?
– Что? А, это моя мать.
– Вот как. Я из страховой компании ХХ. У Чон Гисук есть наша страховка, и она недавно задала нам несколько вопросов, но мы немного припозднились с ответом. Последние три дня мы пытались с ней связаться, но никак не могли дозвониться, поэтому пришлось набрать кому-то из членов семьи. Прошу прощения, не могли бы вы связаться с Чон Гисук?
– Не можете дозвониться целых три дня? Но я тоже давненько ей не звонил… Я свяжусь с ней и все передам.
Мужчина, чей голос вдруг зазвучал испуганно, быстро повесил трубку. Вскоре он позвонит матери, и она, услышав голос сына, откажется от самоубийства или сможет выжить, поскольку он быстро примет меры для ее спасения. Я вынул карточку из телефона-автомата и вышел на улицу.
Возможно, остановить ее не получится. Чтобы увеличить шансы на ее спасение, может быть, эффективней было вместо семьи сообщить в службу скорой помощи или в полицию. Однако жнецы обычно не звонят туда, только если ситуация не совсем критическая. Ведь это лишь временная мера, а если думать в долгосрочном направлении, правильнее обратиться за помощью к близким людям. А все потому, что среди тех, чья попытка самоубийства не увенчалась успехом, есть те, кто пытается совершить его снова и снова.
К сожалению слова «не удалось совершить самоубийство» и «удалось преуспеть в жизни» – не одно и то же. Но даже если попытка окажется успешной, это не значит, что после смерти все станет хорошо. Душа человека, совершившего самоубийство, испытывает все ту же боль, но только в другой форме. Единственный способ вырваться из этого замкнутого круга – самостоятельно преодолеть свою боль и жить дальше.
Сможет ли сын спасти свою мать? Сможет ли мать не передать свою боль сыну?
Несмотря на самый разгар лета и палящее солнце, улицы были заполнены людьми. В районе Чонгак в центре Сеула особенно людно в обеденное время. Офисные работники, которые направлялись в рестораны, шли быстро, хмурясь под жарким летним солнцем. Я слился с толпой и наклонил голову, вороша свои старые воспоминания о том, что же такое жара.
Когда я уже прошел весь Чонгак и направился в сторону Чонно, с неба раздался громкий зов:
– Привет, Хён![5]
Я сделал вид, что поправляю свои очки в черной роговой оправе, и сделал короткое приветствие рукой. Белоснежный мужчина с крыльями размером с его собственное тело широко улыбался мне на фоне облаков.
Волосы пепельного цвета и голубые глаза. Хотя он уже давно на этой земле, я все никак не мог привыкнуть к его внешности.
Он был ангелом смерти, которые также относятся к жнецам мира мертвых. Один из ангелов, которых послали в этот мир потому, что все больше и больше людей, живущих в мире, узнают об их существовании и верят в них. На этой земле, которая сейчас называется Кореей, часто можно встретить существ из других земель, которых в прошлом здесь не было. Не только ангелов. Людей, живущих на этом свете с разными религиями, культурами и убеждениями, ведут к смерти существа, в которых они верят. Этот ангел и сегодня будет неутомимо искать людей, которым предстоит умереть, и протягивать им руку.
Бз-з-з. Внезапно я услышал слабую вибрацию внутри своего кармана. Вот же надоеда. Я мог догадаться, кто звонил, даже не глядя на экран, поэтому доставал смартфон очень медленно. Увидев номер, я подумал, неужели он до сих пор связывается с другими жнецами через таксофон, и нажал кнопку «Ответить».
– Хён, эт я! Сейчас на станции Тондэгу! Встретишь меня на Сеульском вокзале, а?
– В Сеуле? Но зачем тебе сюда? Ты же отвечаешь за Тэгу[6].
– А, бабушка, за которую я отвечаю, намылилась в университетскую больницу аж в Сеуле. А я за ней увязался.
– Прямо сюда?
– Агась, поеду на KTX[7]. Говорят, ехать всего два часа. Ух, как в мире все похорошело. Сейчас как раз иду в поезд, в Сеуле свидимся.
– Эй, погоди, – позвал я старого друга, который уже собирался повесить трубку.
Он ответил мне «Чегось?» с сильным местным акцентом[8].
– Ты в первый раз едешь на этом поезде, да?
– Агась, впервые! Даже билет в комфорт-класс взял! Можно ж будет записать это как расходы в командировке!
5
Хён (