— Спасибо за цветистые комплименты, мой мальчик. Из них можно даже сплести венок для погребения, — усмехнулся капитан и вновь погрузился в работу, которая, казалось, теперь одна приковывала его внимание. — Вчера я был дома, — обронил он как бы между прочим. — Мы отметили день рождения моей жены.
— Но у нее, кажется, день рождения завтра?
— Кто знает, что случится завтра? А вчера я сумел освободиться на несколько часов и съездить в Бранденбург. Праздники нужно праздновать, пока есть возможность. Моя жена и дети передают тебе привет. Мать, конечно, тоже. Она, учитывая обстоятельства, чувствует себя неплохо.
— А об отце известий у них нет?
— Нет.
Капитан уже знал, что их тяжелораненый отец, генерал от инфантерии фон Бракведе, умер. Три часа назад он получил соответствующее извещение, но задержал его у себя. «Всего на один день», — решил он.
— Итак, завтра или послезавтра ты должен навестить мать. С твоим командованием мы дружны, и отпускной билет, считай, у тебя в кармане.
— Спасибо, — сказал лейтенант, который до сих пор не оценил должным образом влиятельность своего старшего брата. — У тебя еще какие-либо поручения?
— Ты можешь оказать мне одну услугу. Видишь этот портфель? — Капитан показал на светло-коричневый, набитый документами портфель, который стоял на письменном столе. — Отнеси его графине Ольденбург-Квентин вместе с письмом, которое я сейчас напишу.
— Охотно, — сразу согласился лейтенант. — Я с большим удовольствием это сделаю, но я не знаю адреса графини. И не слишком ли сейчас поздно?..
Капитан, сдержанно улыбнувшись, придвинул толстый портфель к лейтенанту.
— Графиня Ольденбург всегда находится в нашем распоряжении. Она относится к числу людей, на которых можно положиться. Ты еще в этом не убедился?
Лейтенант фон Бракведе взял портфель — он оказался нетяжелым;
— Если ты хочешь, я сейчас же и отправлюсь.
Капитан кивнул в знак согласия, достал клочок бумаги и написал:
Все зашло слишком далеко, уважаемая!
Посылаю Вам портфель и моего брата. Попытайтесь сохранить и то и другое. Обеспечьте им безопасность так долго, как это понадобится, по меньшей мере на 24 часа.
Здесь в ближайшие дни Вы не потребуетесь, а у моего брата отпуск. Воспользуйтесь этим обстоятельством. Вы знаете, как я Вам доверяю. Пожелайте нам удачи и счастья. Мы не преминем Вашими пожеланиями воспользоваться. А Константину удача и счастье просто необходимы.
Прощайте.
Лейтенант видел, как брат писал письмо, однако содержание письма осталось для него неизвестно. Да оно его и не интересовало. Его внимание привлек лишь адрес графини Ольденбург: Шиффердамм, 13, третий этаж, слева, у Валльнер.
— Не самый фешенебельный район Берлина, — заметил капитан, передавая Константину письмо, отпускной билет и портфель, — но времена, когда графине полагалась минимум отдельная вилла, миновали. Достаточно иметь комнатку с дверью, которую можно запирать.
— Я не избалован роскошью.
— Тем лучше! — Капитан посмотрел на брата с нежностью и вместе с тем испытующе и сразу вспомнил: — У тебя же нет оружия! — Он тотчас же вынул из ящика письменного стола и бросил Константину пистолет «08» в кобуре.
Тот взял пистолет и спросил с усмешкой:
— А зачем он мне?
— Кто знает! — Капитан фон Бракведе улыбнулся брату: — Дом, в котором живет графиня, расположен на берегу Шпрее, там наверняка водятся крысы.
В тот же вечер, в 20 часов по среднеевропейскому времени, граф Константин фон Бракведе вошел в дом на Шиффердамм. Официальный протокол зарегистрировал это время с разницей в десять минут.
В соответствии с многочисленными свидетельскими показаниями в этот вечер произошло следующее. Лейтенант фон Бракведе, в авиационной форме, с Рыцарским крестом, при пистолете и набитом портфеле, столкнулся при входе с Иоахимом Йодлером, управляющим домом и блоклейтером[21]. Они беседовали в течение нескольких минут, как утверждают два свидетеля. Из их же показаний стало известно, что беседа протекала не без некоторой натянутости.
Йодлер, в кожаных шлепанцах, коричневых рейтузах и в расстегнутой льняной рубашке, поджидал в это время выделенную ему иностранную рабочую. Он послал ее к своему товарищу по партии за маслом, но эта прохвостка использовала любую возможность, чтобы где-нибудь поболтаться.
Лейтенант вежливо, но сдержанно приветствовал управляющего.
— У вас дело ко мне? — спросил Йодлер несколько недоверчиво.