Он стал вспоминать события последних нескольких дней — какие из них описал в письме Софи и о каких не рассказал. На пароходе было немало женщин, направлявшихся в Манаус, и большинство из них плыли без сопровождения. Казалось, они путешествовали сплоченной группой — по вечерам собирались вместе и шумно играли в вист. Их голоса, пронзительные как у попугаев ара, наполняли кают-компанию, смешиваясь с клубами дыма от их сигарет.
Было очевидно, что эти женщины, пусть и со вкусом одетые, обладали сомнительными добродетелями. Одна из них даже пыталась к нему приставать. Это была весьма привлекательная особа, вне всякого сомнения, и что-то в ее внешности напомнило ему Софи — высокий рост, наверное, или сильные плечи. Но волосы у нее были рыжие, а не светлые — она носила их зачесанными наверх, тщательно уложенными. Софи никогда бы не стала столько возиться с прической, чтобы выглядеть лучше. Он сидел в одиночестве и читал, когда шуршание юбок возвестило о приближении женщины. Его вежливая улыбка стала натянутой, когда она села рядом и положила перчатку ему на открытое запястье.
— Я — Лили, — сказала она с сильным французским акцентом. — Как Лангтри[5]. То есть моя фамилия не есть Лангтри, но у меня такое же имя, как у знаменитой красавицы-англичанки. Ты англичанин?
Томас высвободил руку из-под перчатки и повернулся вполоборота к женщине, чтобы не выглядеть слишком грубым.
— Да, англичанин. Меня зовут Эдгар, мисс. Томас Эдгар.
— Ну, месье Эдгар. — Она растянула последний слог его фамилии, грассируя звук «р». — Что вы думаете об Амазонке в настоящий момент?
Она наклонилась к нему, упираясь локтями в стол, выставив напоказ свои прелести больше, чем того требовали приличия. В такой позе пышная грудь приподнялась еще сильнее — удивительно, как эта женщина вообще могла дышать в тесном корсете. Ее тело в открытом декольте было усеяно редкими веснушками. Краем глаза Томас увидел выглядывающую часть кружка около соска — нежно-розовую кожицу — и уже не смог оторвать от нее взгляда. На мгновение у него даже приоткрылся рот — физиологическая реакция, насколько ему известно, на то, что вот так, в непосредственной близи он видит прекрасную обнаженную женскую плоть, обычно скрытую от посторонних глаз. Грудь женщины внезапно поднялась, будто все это время она сдерживала дыхание, а теперь ей стало трудно дышать, и Томас отвел глаза и уставился в стол. Он почувствовал, как краска заливает лицо. Она ведь задала какой-то вопрос. Боже, лишь бы у него хватило сил ответить.
— Да. Да, очень интересно, благодарю вас, мисс…
— Лили.
— Мисс Лили, да. Жаль только, моей жены нет рядом, ей бы тоже здесь понравилось.
Он специально так сказал. Дал понять этой молодой особе, что женат. Но она лишь негромко засмеялась.
— Да. Уверена, ваша жена хорошо провела бы здесь время, месье Эдгар. Мне говорили, в Манаусе девушкам есть на что посмотреть и чем заняться.
С этими словами она выпрямилась и, изогнув белую шею в изящном кивке, плавной походкой отошла в другую часть зала к своим подругам. Когда Лили села, все с жадностью потянулись к ней. Она сказала несколько слов, не больше, — и весь стол взорвался еще более визгливым смехом, женщины стали оглядываться, стреляя в него глазками.
Оскорбленный, Томас повернулся спиной к этому неприятному зрелищу и постарался сосредоточиться на книге.
Спустя несколько минут смех и хихиканье смолкли, и Томас, решивший, что женщины ушли, обернулся, чтобы проверить. У стола стоял Эрни Харрис и усердно размахивал руками. Некоторые дамы слушали его, раскрыв рот, другие — прижав руки к груди. Затем Эрни раскланялся и выставил локоть. Лили встала с места и взяла его под руку.
С замиранием сердца Томас понял, что они идут прямо к нему, и снова уставился в книгу, но слова ползали по странице друг за дружкой мохнатыми гусеницами.
— Эй, Томас, — сказал Эрни, — мы с Лили собираемся прогуляться по палубе. А после я приду, и мы с тобой выпьем.
Он подмигнул. Лили встретилась взглядом с Томасом и тотчас отвернулась, надув губки, — безусловно, ей казалось, что это делает ее соблазнительной.
Парочка удалилась из кают-компании, и Томас не сводил глаз с иллюминатора, ожидая, что они вот-вот пройдут мимо него. Снаружи горели фонари, вокруг которых летали тучи насекомых. Крупный мотылек неистово бился о стекло иллюминатора. Как эти двое уцепились друг за друга! Он некоторое время смотрел наружу, но Лили и Эрни так и не пошли в эту сторону, и он продолжил свое чтение.
Спустя минут двадцать Эрни снова вошел в кают-компанию. Он вышагивал, поправляя воротник, засунув под него палец и вытянув вперед шею, как скворец. Тяжело опустился в кресло рядом с Томасом, вздыхая. Кровь прилила к его щекам, мокрые губы блестели. Несмотря на это, он продолжал облизывать их языком, чтобы они оставались влажными. Издав звук — нечто вроде «у-ух», — он погладил себя по груди.
5
Эмили Шарлотта Лангтри (1852–1929), известная как Лили Лангтри, — знаменитая светская красавица, актриса. Имела некогда близкие отношения с принцем Уэльским (ставшим позднее королем Эдвардом VII); после смерти мужа, Эдварда Лангтри, в 1899 году вышла замуж за сэра Хьюго Джеральда до Бате.