Длилась она и впрямь около пятисот лет. И если она теперь завершается, если налицо и ее внутренняя усталость, и стремление ее противников сократить донельзя отведенный ей еще исторический срок — то можно говорить о демонтаже Модерна. Демонтаже, который осуществляется сознательно — с оглядкой на объективные факторы, порождающие усталость Модерна, его готовность рухнуть под грузом накопившихся внутренних противоречий.
Как соотносятся между собой наличие таких противоречий и гипотеза о сознательном демонтаже существующего мироустройства? На наш взгляд, соотношение примерно такое же, как между устройством взрываемого дома и размещением в нем взрывных устройств. Ни один профессиональный подрывник не будет взрывать дом без учета его конфигурации, точек уязвимости взрываемого строения, меры износа его опорных конструкций. А значит, никакого противоречия между гипотезой о демонтаже Модерна и высокой степенью износа связанной с Модерном исторической эпохи — нет.
Напротив, только безумец, романтик, авантюрист может затеять демонтаж эпохи, находящейся в расцвете, обладающей высокой степенью внутренней устойчивости и открытой исторической перспективой.
Но если Модерн демонтируется (вновь подчеркнем — с оглядкой на его историческую усталость), то в силу каких причин? Кого и почему Модерн перестал устраивать?
Начнем с того, что если Модерн кого-то чем-то перестал устраивать, то этот «кто-то» (если, конечно, речь идет о реальном субъекте, а не о зловещем затаившемся заговорщике) обязательно заявит о себе открыто. И начнет обосновывать свои намерения осуществить обсуждаемый нами «исторический демонтаж».
Заговорил ли кто-то всерьез о необходимости подвести черту под эпохой Модерна?
Да, безусловно. Об этом всерьез заговорили со времен первых докладов Римскому клубу[144], обосновывая невозможность далее жить по правилам Модерна фундаментальными глобальными ограничениями (нагрузкой на экологию планеты, исчерпанием невозобновляемых ресурсов и так далее). Никто не собирается обвинять Римский клуб в сознательной мистификации. Разумеется, экологические проблемы, проблемы ресурсов невероятно остры. И, тем не менее, сводится ли все только к объективной остроте этих проблем? Или же мы имеем дело еще и с чем-то другим?
Это «другое» достаточно очевидно. Просто не все хотят поставить вопрос ребром. Рискнем это сделать, оговорив, что мы сознательно заостряем проблему в рамках обсуждения одной из возможных гипотез. Не более того, но и не менее.
В рамках Модерна, принятого на вооружение сейчас новыми великими странами, такими, как Индия и Китай, речь идет о неотъемлемом праве всех развившихся национальных государств обеспечить своим гражданам — в качестве приза за ускоренное развитие — высокий жизненный уровень. Предположим, что великим развивающимся странам удастся, успешно осуществляя свой национальный Модерн в рамках Модерна всечеловеческого, предоставить своим гражданам (пусть и в отдаленной исторической перспективе) все то, чем обладает сейчас гражданин Европы или США. Ну, например, отдельный коттедж, две машины на семью и так далее.
Что в этом случае произойдет с невозобновляемыми ресурсами? С бензином, который надо залить в новые 6–7 миллиардов машин? С энергией, которую надо откуда-то добыть для того, чтобы обеспечить правильное функционирование 2–3 миллиардов новых коттеджей?
Вот очевидная, но не обсуждаемая стратегическая проблема.
Но есть и проблема менее стратегическая, но обладающая определенным прагматическим значением.
Модерн как историческая эпоха обладает определенными правилами или законами. Один из этих законов — закон неравномерного развития. Молодые национальные государства, успешно играющие по правилам Модерна, рано или поздно догоняют и обгоняют ранее лидировавшие старые государства. Так, к началу Первой мировой войны молодое германское государство стало догонять и обгонять старого лидера — Британскую империю.
На сегодняшний день старый лидер, справедливо завоевавший ключевые позиции в рамках правил игры, задаваемых эпохой Модерн, — Соединенные Штаты Америки.
Но правила игры таковы, что не может не появиться молодого лидера. Таким лидером на глазах всего мира становится Китайская Народная Республика, которая, в свою очередь, оглядывается на еще одного крупного молодого игрока — Индию.
В подобной констатации нет ни грамма алармизма, нет никакой попытки демонизировать происходящее. Это так потому, что так устроен мир. Потому, что в рамках этого устройства мира, то есть в рамках Модерна, молодое мощное успешное государство обязательно начнет обгонять лидера.
144
144 Meadows D. et.al. The Limits to Growth. N.-Y.: Universe Books, 1972; Э. Ласло и др. Цели для человечества. 1977. (http://www.russ-yug.ru/article/650/)