Бринк как мог отбивался от противника, тем более что от того мерзко несло кислым пивом и кровью. Поддев пальцами подбородок немца, Бринк резко дернул его вверх.
Хватка тотчас ослабла, а сам он тотчас принялся хватать ртом воздух. И все же немец продолжал прижимать его к земле. Бринк, насколько хватило сил, вцепился ему в пальцы и даже сумел оторвать один от шеи. Увы, в следующий момент у него перед лицом возникла вторая рука противника — на этот раз с зажатым в ней ножом. Бринк локтем блокировал удар — лезвие застыло всего в дюйме от его глаза. Тогда Бринк вновь попробовал оттолкнуть руку, немец же навалился на него сильнее. Острие ножа смотрело ему прямо в лицо. Впрочем, рука немца подрагивала, и смертоносное лезвие подрагивало вместе с ней, чуть ближе, чуть дальше. Моргни Бринк, тем самым он подписал бы себе смертный приговор.
Но в следующий миг темноту ночи прорезала автоматная очередь — та-та-та. Это вновь заговорил «стэн».
И в этот миг Бринк снова вспомнил про пальцы, которые сжимали ему горло. Он уцепился за два и с силой отогнул назад, пока не раздался характерный хруст — не выдержали сухожилия. Немец взвыл от боли, а нож моментально исчез из поля зрения. Бринк в свою очередь перекатился на бок и громко втянул в себя воздух. Немец схватился за руку и заскулил. Бринк наклонился и поднял с земли нож, сам толком не зная, что будет с ним делать дальше.
И тут перед ним выросла Аликс — со «стэном» на плече. Повернувшись лицом к темноте, она выпустила очередь вслед только ей известно кому, а потом и сама бросилась за ним вдогонку. Еще мгновение — и она исчезла.
Зато из темноты справа показался Уикенс. Рядом с ним, издавая стоны, ковылял Эггерс. Вернее, сказать, Уикенс, заставив обхватить себя за шею, почти тащил на себе старика.
— Сэм ранен, доктор. В другую руку, — пояснил он. Впрочем, голос его оставался спокоен. Спасибо и на этом, подумал Бринк. Уикенс тем временем усадил Эггерса на траву. Старик застонал от боли. Где-то восточнее того места, где они находились, тишину ночи прорезал свист, за ним последовали короткая очередь, топот ног и снова свистки. Лежавший рядом немец простонал.
Из темноты снова донесся свист.
— Помоги ему, доктор, — сказал Уикенс, имея в виду своего приятеля.
Из темноты снова появилась Аликс со «стэном» в руках.
— Второго догнать не смогла, — сказала она, пытаясь отдышаться. Из темноты опять раздался свист. — Они идут сюда.
Ветер с моря подгонял прилив и подталкивал их в спину. Мокрое пальто в буквальном смысле прилипло к Бринку. Ощущение было крайне неприятным. Свист раздавался совсем близко, так что времени, чтобы оказать помощь Эггерсу, у них не было.
— Да заткнись же ты! — рявкнул Уикенс на немца, когда тот опять застонал. Отойдя от старика, он шагнул к Бринку, вырвал у него из рук нож и, опустившись рядом с немцем на колени, одним-единственным точным ударом вогнал лезвие ему в грудь чуть пониже грудины. Немец ойкнул, потянулся было к рукоятке ножа и что-то прошептал. Что именно, Бринк не расслышал.
— Порт-ан-Бессен — c’est par la,[22] — сказала Аликс. Бринк поднял глаза и увидел, что она указывает туда, откуда раздавались свистки.
Уикенс встал с земли.
— Понятное дело, что туда путь отрезан. Куда еще нам можно пойти? — крикнул он девушке по-французски. Эггерс простонал и закашлялся. Бринк заметил, что на рукаве у него, ближе к плечу, расплылось темное пятно.
— Я знаю тут одно местечко, — ответила Аликс.
— Где?
— Сент-Онорин, это меньше чем в километре отсюда.
— Слишком близко, — возразил Уикенс и, вернувшись к Эггерсу, поднял его с земли. — Там нас найдут в два счета.
И вновь свистки.
— Уходим.
— Тогда в Этрем, это в трех километрах, если идти полями. Пять — если по дороге. Там есть старая ферма. В ней нас никогда не найдут.
— Расстояние в пять километров он не одолеет, — счел нужным вмешаться Бринк. Темное пятно на рукаве Эггерса с каждой секундой расползалось все больше.
— Одолеет, еще как одолеет. Ты не знаешь Сэма, — возразил Уикенс. Бринку показалось, будто он уловил в его голосе нотки отчаяния. И словно в ответ, из темноты раздались новые свистки, как минимум три разных, и гораздо ближе.
— Хватайте рюкзаки, — приказал Уикенс. — И вот это, — он протянул Бринку «стэн». Американец нехотя принял из рук Уикенса оружие и отошел, чтобы поднять с земли его рюкзак. Положил в него револьвер и снова закрыл.