Принес он смертную смолуДа ветвь с увядшими листами,И пот по бледному челуСтруился хладными ручьями;
Принес – и ослабел и легПод сводом шалаша на лыки,И умер бедный раб у ногНепобедимого владыки.
А князь тем ядом напиталСвои послушливые стрелы,И с ними гибель разослалК соседям в чуждые пределы.
Ответ Катенину
Напрасно, пламенный поэт,Свой чудный кубок мне подносишьИ выпить за здоровье просишь:Не пью, любезный мой сосед!Товарищ милый, но лукавый,Твой кубок полон не вином,Но упоительной отравой:Он заманит меня потомТебе во след опять за славой.Не так ли опытный гусар,Вербуя рекрута, подноситЕму веселый Вакха дар,Пока воинственный угарЕго на месте не подкосит?Я сам служивый – мне домойПора убраться на покой.Останься ты в строях Парнасса;Пред делом кубок наливайИ лавр Корнеля или ТассаОдин с похмелья пожинай.
Ответ А. И. Готовцевой
И недоверчиво и жадноСмотрю я на твои цветы.Кто, строгий стоик, примет хладноПривет харит и красоты?Горжуся им – но и робею;Твой недосказанный упрекЯ разгадать вполне не смею.Твой гнев ужели я навлек?О сколько б мук себе готовилКрасавиц ветреный зоил,Когда б предательски злословилСей пол, которому служил!Любви безумством и волненьемНаказан был бы он; а тыБыла всегда б опроверженьемЕго печальной клеветы.
Цветок
Цветок засохший, безуханный,Забытый в книге вижу я;И вот уже мечтою страннойДуша наполнилась моя:
Где цвел? когда? какой весною?И долго ль цвел? и сорван кем,Чужой, знакомой ли рукою?И положен сюда зачем?
На память нежного ль свиданья,Или разлуки роковой,Иль одинокого гуляньяВ тиши полей, в тени лесной?
И жив ли тот, и та жива ли?И нынче где их уголок?Или уже они увяли,Как сей неведомый цветок?
* * *
Брадатый староста АвдейС поклоном барыне своейЗаместо красного яичкаПоднес ученого скворца.Известно вам: такая птичкаУмней иного мудреца.Скворец, [надувшись] величаво,Вздыхал о царствии небесИ приговаривал картаво:«Хр<истос> в<оскрес!> Хр<истос> в<оскрес>!»
* * *
* * *
Как быстро в поле, вкруг открытом,Подкован вновь, мой конь бежит!Как звонко под его копытомЗемля промерзлая звучит!Полезен русскому здоровьюНаш укрепительный мороз:Ланиты, ярче вешних роз,Играют холодом и кровью.
Печальны лес и дол завялый,Проглянет день – и уж темно,И, будто путник запоздалый,Стучится буря к нам в окно…
Поэт и толпа
Procul este, profani.[55]
Поэт по лире вдохновеннойРукой рассеянной бряцал.Он пел – а хладный и надменныйКругом народ непосвященныйЕму бессмысленно внимал.
И толковала чернь тупая:"Зачем так звучно он поет?Напрасно ухо поражая,К какой он цели нас ведет?О чем бренчит? чему нас учит?Зачем сердца волнует, мучит,Как своенравный чародей?Как ветер песнь его свободна,Зато как ветер и бесплодна:Какая польза нам от ней?"
Поэт.
Молчи, бессмысленный народ.Поденщик, раб нужды, забот!Несносен мне твой ропот дерзкой,Ты червь земли, не сын небес;Тебе бы пользы всё – на весКумир ты ценишь Бельведерской.Ты пользы, пользы в нем не зришь.Но мрамор сей ведь бог!.. так что же?Печной горшок тебе дороже:Ты пищу в нем себе варишь.
Чернь.
Нет, если ты небес избранник,Свой дар, божественный посланник,Во благо нам употребляй:Сердца собратьев исправляй.Мы малодушны, мы коварны,Бесстыдны, злы, неблагодарны;Мы сердцем хладные скопцы,Клеветники, рабы, глупцы;Гнездятся клубом в нас пороки.Ты можешь, ближнего любя,Давать нам смелые уроки,А мы послушаем тебя.
Поэт.
Подите прочь – какое делоПоэту мирному до вас!В разврате каменейте смело,Не оживит вас лиры глас!Душе противны вы как гробы.Для вашей глупости и злобыИмели вы до сей порыБичи, темницы, топоры; —Довольно с вас, рабов безумных!Во градах ваших с улиц шумныхСметают сор, – полезный труд!Но, позабыв свое служенье,Алтарь и жертвоприношенье,Жрецы ль у вас метлу берут?Не для житейского волненья,Не для корысти, не для битв,Мы рождены для вдохновенья,Для звуков сладких и молитв.
* * *
«Каков я прежде был, таков и ныне я…»
Tel j'étais autrefois et tel je suis encor.[56]
Каков я прежде был, таков и ныне я:Беспечный, влюбчивый. Вы знаете, друзья,Могу ль на красоту взирать без умиленья,Без робкой нежности и тайного волненья.Уж мало ли любовь играла в жизни мной?Уж мало ль бился я, как ястреб молодой,В обманчивых сетях, раскинутых Кипридой,А не исправленный стократною обидой,Я новым идолам несу мои мольбы……