Выбрать главу

— А как вы поняли, что больше не слышите этот запах?

— У детей чувствительность выше, чем у взрослых. Взрослые должны тренировать свои носы, но все равно у детей получается лучше. Я начала тренировать мой нос лет в двенадцать. После школы я работала в косметической промышленности и там тоже многому научилась. Наверное, нос определил мою судьбу. На моем носе действительно можно много заработать. Но никакие деньги не стоят этой пытки.

В голосе женщины слышалась такая мука, что Ломакс обрадовался концу поездки.

— Вряд ли ваш пес — бассет, но примесь чистопородной крови у него есть, — выходя из машины, заметила Нос так уверенно, что Ломакс оглянулся, словно Депьюти сидел на заднем сиденье.

Затем он вспомнил, что у его спутницы поистине всевидящий нос.

— Наверное, он не доел в машине гамбургер, — продолжила она.

— Наверное, — сказал Ломакс. — Он это может.

Шагая через стоянку, Ломакс ощущал возбуждение. Неужели с помощью своего носа она сумеет увидеть Гейл? Ломакс чувствовал, что как никогда приблизился к ней. Он не удержался и посмотрел на окно Гейл, почти уверенный, что она выглянет оттуда.

— Есть еще почта, профессор Ломакс, — сказал консьерж, когда они позвонили, чтобы взять ключ от двери Гейл.

— «Лайфбой»,[5] — пробормотала Нос.

— Э… Джеферсон передал… сейчас он пошел на работу в пиццерию, но передал… если вы оставите свой номер или какую-нибудь записку, или позвоните, или…

Ломакс вспомнил про скорость красного смещения. Он так и не прочел работу Джеферсона. Он даже не помнил, куда положил распечатку. Он постарался скрыть это от консьержа. Ломакс оставил свой номер и заверил Хомера, что будет рад поговорить о работе его сына в любое время. Ломакс пообещал себе, что прочтет работу, как только вернется домой. Он сунул письма Гейл в карман, даже не посмотрев на них, и повел Нос наверх. Сердце забилось быстрее. Ломакс позвонил. Нос удивленно посмотрела на него.

— Господи, чего это я.

Он завозился с ключами, затем рывком распахнул дверь. Нос вошла. Она казалась напряженной. Встревоженное лицо, глаза стреляют в разные стороны. На первый взгляд женщина даже не принюхивалась. Однако, присмотревшись внимательнее, Ломакс заметил, что Нос делает короткие быстрые вдохи. Он медленно двинулся за ней. Иногда женщина немного поворачивалась или подходила к стене.

— Стойте на месте, иначе все комнаты пропахнут вашим детским мылом, — предупредила она Ломакса.

Он вошел в комнату, где произошло убийство, и встал в углу рядом с дверью. Молча наблюдая за женщиной, Ломакс обнаружил некоторые вещи, которых не заметил раньше. Следы от гвоздей на месте картин по стенам. Длинная резинка свисала с одной из пустых книжных полок. На дне рождения Хелен он завязывал такой воздушные шары. Хитроумное приспособление из туго скрученной проволоки удерживало сломанное крепление полки. Ломакс был уверен, что это работа Гейл. Теперь ему уже никогда этого не узнать.

Нос вошла в ванную комнату. Ломакс наблюдал, как она обнюхивает ванну, стены и раковину. Зайдя в гостиную, она, казалось, даже не заметила присутствия Ломакса. Методично обходя комнату, Нос обнюхивала все углы. Иногда она поднимала лицо вверх, иногда опускала нос к самому полу.

Потом принялась кружить вокруг места, где некогда лежали тела.

— Хм, — пробормотала она.

— Вот здесь их и застрелили, — заметил Ломакс.

— Знаю-знаю, — отмахнулась Нос.

Ломакс решил, что она рассердилась, затем ему показалось, что женщина готова расплакаться.

Наконец она завершила обследование.

— Ну вот, я готова, но предупреждаю, я выяснила не так уж много, — сказала Нос.

Ломакс подался вперед.

— Стойте там, — взвизгнула она так громко, что Ломакс отпрыгнул.

— Я еще не закончила, — объяснила Нос. Она сгорбилась, засунув руки в передние карманы джинсов. — Так вот, эта женщина. Не называйте имени. У нее были духи от Диора. Это совершенно точно, но я не могу определить марку мыла — ванная просто смердит чистящим порошком с запахом лимона. Возможно, «Флоралия», но в любом случае мыло дорогое. Она пользовалась пудрой или детской присыпкой — почему я и спутала сначала этот запах с запахом вашего детского мыла. Да, еще она любила детское масло. В ванной. Она вела активную сексуальную жизнь. Невероятно едкий запах спермы. Для чего Господу понадобилось, чтобы она так пахла? Ради контроля над рождаемостью? Когда я только вошла, этот запах чуть не сбил меня с ног. Место, где стояла кровать, можно определить по вмятине, но запах спермы не только там. Хотя и там тоже. Так, что еще?

вернуться

5

«Лайфбой» — фирменное название сорта мыла концерна «Юнилевер».