В результате день 5 июля закончился тем, что немецкая пехота, уже переправившаяся, отодвинула обороняющиеся части 98-й стрелковой до Борковичи. Там есть речушка такая, Дрисса, и посёлочек на этой речушке на её южном берегу. Туда же к полуночи докатились уже переправившиеся первые танковые подразделения.
Потери 5 июля: 40 убитых, 121 раненых, без вести пропало — 2.
6-е июля. В течение ночи и утра переправили всю дивизию и пообещали, что к концу дня подойдёт 14-я моторизованная. Во второй половине дня сапёры, работая под непрерывными ударами советской авиации, навели ещё один мост, и 14-я моторизованная стала переправляться, укрепляя немецкие силы на плацдарме.
С другой стороны начинаются контрудары советских частей. И в этот момент в дивизию приходит приказ Готта, командующего 3-й танковой группой, начать немедленное наступление вдоль северного берега на Полоцк. А там у нас правый северный фланг укрепрайона. Готт, вероятно, об этом не знал. Командир 19-й танковой садится в самолётик и летит в штаб 3-ей танковой группы с трофейными документами, на которых расположение Полоцкого укрепрайона. Готт отменил свой приказ, сказав, что дивизия сама вправе решить вопрос, когда она может переходить к контрудару.
Во второй половине дня 6-го июля в действие вступает наиболее боеспособное соединение[31] — 174-я стрелковая дивизия. Которая одним из своих полков наносит удар в правильном направлении: вдоль реки, во фланг немецкого плацдарма. С совершенно понятной задачей — выйти к переправам и отрезать немцев от переправ.
До позднего вечера идёт бой. Наступающие советские части дошли до маленького посёлочка среди леса — Охотная деревня. Кружочком я его обозначил. Три километра до переправы. Туда были вынесены артиллерийские наблюдатели, корректировщики артогня, после чего очень мощная советская артиллерия начала район переправ обстреливать.
Итоги 3-го, 4-го, 5-го, 6-го, наверное, надо определить так: ни та, ни другая сторона не решила своих задач. Красная Армия, 98-я стрелковая, все эти преданные ей обломки, обрывки других соединений, выкатывающиеся из разгромленного Северо-Западного фронта, не решили задачи, не ликвидировали плацдарм, не сбросили немцев, как было приказано. Но и 19-я танковая, даже с подошедшими к концу дня первыми подразделениями 14-й моторизованной, тоже не решила задачу. Задача не в том, чтобы создать плацдарм, с плацдарма надо куда-то наступать. Этого у них тоже не произошло, не получилось.
Каких потерь стоил этот невнятный результат немецкой 19-й танковой? Табличка перед вами.
За четыре дня 139 убитых, 409 раненых, 7 пропавших без вести. Цифры не рекордны, не уникальны, но это очень немногие, редкие случаи. Такие ежедневные потери — это Брестская крепость. Это бои в районе Барановичи — Слоним. Это бои 1-го горнострелкового корпуса против 4-го корпуса Власова. Совершенно незаурядные для немцев потери. С одной стороны. С другой стороны, мы обсуждаем форсирование полноводной реки. Пройдёт три года, и для решения таких задач Красная Армия будет добавлять примерно по два нуля к этим цифрам. Так что по-всякому можно оценить. Может быть, стакан наполовину полный, а может, он наполовину пустой.
Что же касается заявленной нами главной темы — бои в Полоцком укрепрайоне — то здесь немцев ждало гораздо большее разочарование.
Самое время назвать главного героя всей этой истории — комбрига Зыгина.
Алексей Иванович Зыгин, 1896-го года рождения, участник Первой мировой войны. В Красную гвардию записался прямо после Октябрьской революции, осенью 17-го года. В 19-ом году вступил в Партию большевиков, воевал на фронтах Гражданской войны. В частности, Вторая конная армия. Где он был уже зам. начальника оперативного отдела штаба. Дважды ранен, один раз контужен. Награждён орденом Боевого Красного Знамени. Дальше — Военная академия. Командовал разными частями. С весны 32-го года на Дальнем Востоке, последняя должность — комендант, командир Благовещенского укрепрайона. Это, вообще говоря, генеральская должность. Комбриг, всё понимаете. 2-го июля 38-го года арестован, полтора года в тюрьме НКВД. В декабре 39-го года освобождён[32]. В июле 40-го года назначен командиром 174-й стрелковой дивизии Уральского военного округа. Дивизия, как и все прочие соединения округа, была отмобилизована. 13–14-го июня грузиться в эшелоны. 24–27-го эшелоны прибыли[33]. 29-го июня Зыгина, всё ещё в звании комбрига, назначают командующим Полоцким боевым участком. Задача — удержание Полоцка, переправ на Западной Двине и Полоцкого укрепрайона.
32
Как и предыдущий наш герой, попал в этот самый Бериевский реабилитанс. Когда после отстранения и расправы с Ежовым и ежовцами кое-кого освободили.
33
Прибыли они не в Полоцк, но дальше уже пешим маршем. К 27-му дивизия сосредоточилась в районе Полоцка.