Эти степные враги, хищные и вероломные, являлись постоянной угрозой мирному труду поселянина, жизнь которого на степных границах государства становилась необеспеченной и тревожной.
Вместе с тем это состояние, требовавшее постоянной готовности к отражению врага, закаляло характер, воспитывало мужественных и отважных защитников Русской земли, порождало тех киевских богатырей, — «хоробров», которых с таким сочувствием упоминает летописец и с такой любовью воспел народ в своих былинах как подлинных народных героев. Говоря языком «Слова о полку Игореве», такие хоробры были «под трубами повиты, под шеломами взлелеяны, концом копья вскормлены». Авторитет и политическое значение князя нередко зависело от проявленной князем отваги и искусства в обороне государства от внешнего врага. Когда в 1068 г. Изяслав, разбитый половцами, отказался дать оружие киевлянам для борьбы с кочевниками, которые бросились разорять Киевскую землю, возмущенное население изгнало князя.
Для охраны Киевского государства от степняков князья защищали южные границы крепостями, земляными валами и засеками. Заключение мирных договоров мало достигало цели, так как половцы постоянно их нарушали. Более действенным средством оказывалось наступление русских князей на половецкие кочевья. Удачные русские походы в глубь половецких степей в начале XII в. ослабили наступательную энергию половцев, но феодализация, раздробляя Киевское государство, понижала его обороноспособность. С конца того же века борьба снова принимает напряженный характер. Именно к этому времени относится воспетый «Словом о полку Игореве» поход северских князей на половцев в 1185 г.
То поэтическое обаяние, которым покоряет читателя знаменитое «Слово о полку Игореве», в связи с драматическим исходом борьбы северских дружин с половцами в глубине половецких степей, давно влекло историков к выяснению вопроса о том, где именно разыгрались события, описанные певцом «Слова».
Летописный рассказ об известном походе Северского князя Игоря на половцев скрывает в себе драгоценный материал для выяснения географического представления о Половецкой земле, но некоторая неопределенность указаний источников открывала широкое поле для догадок исследователей, отчего полученные результаты и оставляют немало места для сомнений. Чтобы яснее об этом судить, необходимо предварительно напомнить фактическую сторону летописного описания похода.
Поход Игоря является эпизодом, тесно связанным с более ранними походами Святослава Киевского на половцев. Вместе взятые, они составляют содержание цельного летописного рассказа, который открывается описанием блестящей победы Святослава (1184) на реке Орели (впадающей в Днепр), когда захвачено было свыше семи тысяч пленных половцев, в том числе более четырехсот одних половецких князей. Сам могущественный хан Кобяк оказался пленником Святослава, который, по выражению «Слова», «поганаго Кобяка из луку моря, от железных великих полков половецких, яко вихр выторже».
Половцы не могли примириться с победой Святослава и весной следующего года хан Кончик с большими силами выступил против русских князей[100]. Став на речке Хороле (приток Псла), Кончак завел мирные переговоры с Ярославом Черниговским, надеясь удержать его от наступления и вместе с тем обеспечить себе безопасный путь на случай своего отступления. Святослав Киевский разгадал скрытый план Кончака и предостерег о том Ярослава, а сам вместе с Рюриком со всеми полками быстро двинулся навстречу Кончаку. Узнав от встречных купцов, ехавших из Половецкой земли, место стоянки Кончака, русские князья застигли половцев врасплох и разгромили их, захватив много пленных. Сам Кончак едва успел спастись бегством. За ним погнался шеститысячный русский отряд. Но Кончака не догнали.
Не удовлетворяясь достигнутым успехом, Святослав той же весной выслал против половцев новую рать, которая дошла до самых половецких веж и взяла их, захватив много пленных и конские табуны. Победа эта была одержана 21 апреля. После нее Святослав отправился в землю вятичей к Корачеву, имея план собрать войско из Верховских княжеств, чтобы общими силами выступить против половцев к Дону на все лето[101].
Между тем Игорь Северский, не предупредив Святослава, задумал против половцев поход с одними силами северских князей и выступил из Новгорода Северского 23 апреля. К нему присоединился его брат Всеволод из Трубчевска, из Путивля — сын Владимир, из Рыльска — Святослав Ольгович. Ярослав Черниговский прислал вспомогательный отряд ковуев с воеводою Ольстином Олексичем.